Главная > Статьи > Духовник всея Руси
«Ведомости Нижегородской митрополии» 5 (113) 15:39, 9 марта 2017

Духовник всея Руси

Скончался один из самых почитаемых российских старцев нашего времени, духовник Троице-Сергиевой лавры и трех русских патриархов. Россия простилась с праведником, который тихо и незаметно нес монашеский подвиг, сторонясь громкого именования «старец». Как быть монахом не только по имени, как не оскудевать в любви и всего себя отдавать людям, рассказывает жизнь отца Кирилла (Павлова). Жизнь простого солдата, монаха и подвижника.

Тропой войны

Архимандрит Кирилл (в миру Иван Дмитриевич Павлов) родился 8 октября 1919 года в деревне Маковские Выселки в набожной крестьянской семье, но, 12 лет прожив у неверующего брата, под влиянием среды отошел от веры. После окончания техникума работал технологом на металлургическом комбинате.

Он не любил говорить о своей подвижнической молодости, ведь молодостью его поколения была Великая Отечественная война. Будущий старец с самого ее начала участвовал в боях солдатом, потом сержантом пехоты. Во время обороны Сталинграда командовал взводом.

В течение целого месяца 22-летний сержант Иван Павлов ожидал генерального Сталинградского сражения в окопе, в снегу, почти без теплой воды и пищи, под постоянным обстрелом врага. Со своей военной частью он дошел с боями до Австрии, был награжден орденом Славы и медалями. В 1946 году был демобилизован в Венгрии и приехал в Москву — служить Богу.

Евангелие на все времена

Во время войны Иван Павлов вернулся к вере. Неся караульную службу в разрушенном Сталинграде в апреле 1943 года, среди развалин дома он нашел Евангелие.

— Собрал я все листочки вместе — книга разбитая была, и оставалось то Евангелие со мною все время. До этого такое смущение было: почему война? Почему воюем? Много непонятного было, потому что сплошной атеизм был в стране, ложь, правды не узнаешь… Я шел с Евангелием и не боялся. Никогда. Такое было воодушевление! Просто Господь был со мною рядом, и я ничего не боялся, — вспоминал архимандрит Кирилл.

Ту книгу он пронес через всю жизнь, перечитывал ежедневно. Евангелие он знал наизусть. «Полюбите читать Евангелие», — стало самым известным его пастырским советом.

— В 1946 году из Венгрии меня демобилизовали, — вспоминал старец. — Приехал в Москву, в Елоховском соборе спрашиваю: «Нет ли у нас какого-нибудь духовного заведения?» «Есть, — говорят, — духовную семинарию открыли в Новодевичьем монастыре». Поехал туда прямо в военном обмундировании.

В 1953 году, заканчивая Московскую духовную семинарию, Иван Павлов принял монашеский постриг в Свято-Троицкой Сергиевой лавре с именем Кирилл. Вначале он был пономарем, в 1970 году его назначили казначеем лавры и духовником монашеской братии. Это служение он нес больше 30 лет, став также духовником трех последних патриархов: Алексия I, Пимена и Алексия II. При Святейшем Алексии II переехал в Переделкино, где находится Патриаршая резиденция, продолжая окормлять монахов лавры.

Духовная мамочка

«Единственное право, которое решительно оставлял за собою отец Кирилл,— это право отстаивать собственную обыкновенность, незначительность», — писала его келейница Евфимия (Аксаментова).

Отец Кирилл произносил проповеди всегда кротко, смиренно, с улыбкой, тихим голосом. Но когда он выходил на проповедь, весь огромный трапезный храм Троице-Сергиевой лавры и Успенский собор, где стояли тысячи молящихся, замирал. Люди боялись пошевельнуться, лишним звуком прервать его речь. Он имел великие благодатные дары: прозрения, рассуждения, молитвы. Многие из тех, кто приходил к нему за советом, вспоминают, будто общались с одним из величайших старцев древности.

Братья называли отца Кирилла даже не духовным отцом, а «духовной мамочкой», настолько любвеобильным был батюшка. Вечером все собирались на чтение в его келью. Читали Евангелие, святых отцов, душеполезную литературу, задавали вопросы.

По долгу любви

Старцем он никогда себя не считал. Но не считал себя и вправе отказывать приходящему. Во флигеле Патриаршей резиденции в Переделкино сотни паломников со всех концов страны ежедневно ожидали недолгой встречи со старцем, и каждый такой прием длился до полуночи. Ежегодно архимандрит Кирилл отправлял своим духовным чадам и просто знакомым до 5000 писем с поздравлениями и назиданиями.

— Отец Кирилл был духовником, который давал советы не от разумения, а от своего духовного опыта. Бывали случаи, когда он вообще никаких советов не давал. Но люди тянулись к нему, потому что чувствовали его духовную силу, ибо духовничество есть не только подвиг трезвого духовного размышления, но и молитвенный подвиг, — сказал во время отпевания Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

По собственным рассказам старца, его путь в монашестве — путь постоянного жесткого и углубленного самоконтроля. Все требовало колоссального, хоть и незаметного труда. Никакой поблажки, входящей в противоречие с евангельскими заповедями, он себе не позволял. Другое дело, что его требовательность к самому себе никогда не приводила к аскетической суровости в отношениях с окружающими. Он имел очень доброе и милостивое сердце.

Отпевание архимандрита Кирилла (Павлова)

Вахта мужества

В середине 2000‑х годов старец перенес инсульт, который лишил его возможности двигаться и общаться с внешним миром. Более 12 лет он нес таким образом молитвенный и мученический подвиг. Все это время, пока в нем теплилась жизнь, он как настоящий боец все выдерживал и терпел. По словам его келейницы, он продолжал нести свою вахту мужества.

— Инсульт, приковавший его к постели, словно увенчал последним победным венцом эту тяжелую солдатскую жизнь, — писала в своих воспоминаниях монахиня Евфимия (Аксаментова). — Когда он еще говорил, наш Солдат, когда у него оставалось еще некоторое количество сил, он отдавал эти силы нам, стараясь приободрить и утешить. Он, как обычно, не думал о себе, не жалел себя, напротив — чувствовал себя виноватым в том, что доставляет нам много хлопот и переживаний. И ни разу не попросил даже стакана воды.

В последние годы жизни отец Кирилл лежал уже в такой немощи, что не мог разговаривать, но даже в это время поток посетителей к его одру не оскудевал. «Люди приезжали, просто чтобы побыть несколько минут рядом с ним, прикоснуться к его руке. И бывали случаи, когда он реагировал на их присутствие — взглядом, словом или благословляющим жестом, как бы посылая им весточку из того мира, куда его дух перешел задолго до того, как расстался с телом», — написал после его смерти митрополит Волоколамский Иларион.

Подготовила Марина Дружкова

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.