Главная > Статьи > Книга скорбных песнопений — слово к Богу из глубин сердца
18:23, 21 февраля 2007

Книга скорбных песнопений — слово к Богу из глубин сердца

ГРИГОР НАРЕКСКИЙ (Нарекаци), монах (951-1003), армянский поэт, философ-мистик и богослов. Родился в семье писателя. Почти всю жизнь провел в обители Нарека, где преподавал в монастырской школе. Автор мистического толкования на Песнь Песней (977) и многочисленных поэтических произведений (в т. ч. «Славословие апостолам»).

Поэзия Нарекаци глубоко «библеична», пронизана образами, темами и реалиями священной истории. При этом ее отличает интимный, личный характер.

В «Книге скорбных песнопений» (1002), как в «Великом каноне» Андрея Критского, события и лица Ветхого и Нового Завета служат отправной точкой для раздумий о жизни, о несовершенстве и греховности человека. Это доверительная беседа, которую ведет с Богом душа, исполненная покаяния и жажды чистоты. Лирико-мистическая поэма «Книга скорбных песнопений» (впервые издана в 1673 г. в Марселе), переведенная на многие языки мира, сыграла значительную роль в развитии армянского литературного языка. Перевод Наума Гребнева.

СЛОВО К БОГУ, ИДУЩЕЕ ИЗ ГЛУБИН СЕРДЦА
Глава 1

1

Я обращаю сбивчивую речь

К Тебе, Господь, не в суетности праздной,

А чтоб в огне отчаяния сжечь

Овладевающие мной соблазны.

Пусть дым кадильницы души моей,

Сколь я ни грешен, духом сколь не беден,

Тебе угодней будет и милей,

Чем воскуренья праздничных обеден.

Мой стон истошный, ставший песнопеньем,

Прими не с гневом, а с благоволеньем.

Из дальних келий, с тайных уголков

Достал я слово, как со дна колодца,

Пусть дым сожжения моих грехов

К Тебе, Всемилосердный, вознесется!

Когда перед Тобой предстану я

С застывшей на губах мольбой бесплодной,

Пусть жертва добровольная моя

Тебе не будет столь же неугодной,

Как стон Иакова в краю глухом

Иль попиранье Твоего Закона

Правителем греховным Вавилона,

Как сказано в Писании Святом.

Мой дар Тебе пусть будет, Всеблагому,

Угоден.

Пусть Тебя он ублажит,

Как дым кадильниц в скинии Селома,

Которую воссоздал царь Давид.

Кивот, освобожденный от плененья,

Давид поставил там на много дней.

Да будет таковым и возрожденье

Погрязнувшей в грехах души моей!

2

Час настает, и громкий судный глас

Уже гремит в ущелиях отмщенья.

Он нас зовет и порождает в нас

Страстей противоборных столкновенье.

И сонмы сил недобрых и благих:

Любовь и гнев, проклятья и молитвы –

Блистают острием мечей своих

И дух мой превращают в поле битвы!

И снова дух смятен мой как вначале,

Когда я благодати не обрел,

Которую апостол Павел счел

Превыше Моисеевых скрижалей.

Мне ведомо, что близок день Суда,

И на суде нас уличат во многом,

Но Божий Суд не есть ли встреча с Богом?

Где будет Суд – я поспешу туда!

Я пред Тобой, о Господи, склонюсь,

И, отречась от жизни быстротечной,

Не к вечности ль Твоей я приобщусь,

Хоть эта вечность будет мукой вечной?

Я грешен был, я преступал Закон,

Я за грехи достоин наказанья.

Страшней, чем мука варварских племен,

Поверженных Твоею гневной дланью.

Для филистимлян и эдомитян

Годами Ты отмерял наказанье,

Но вечный огнь в удел мне будет дан

За все мои сомненья и деянья.

Ждет Страшный Суд меня, но до тех пор

Удел при жизни выпал мне не лучший:

При жизни обречен я на позор

И ожиданье кары неминучей.

Нас вознести иль превратить во прах,

Низвергнуть в ад иль даровать спасенье –

Во всем Ты властен, все в Твоих руках,

Принявший муки в наше искупленье.

СЛОВО К БОГУ, ИДУЩЕЕ ИЗ ГЛУБИН СЕРДЦА
Глава 2

1

Взывал ты, повторял священный стих,

Склонялся пред Отцом своим Небесным,

Судящим по делам сынов Своих,

Не обольщаясь рвеньем их словесным.

Страдал Твой род в египетском плену,

Но ты не дал ему лишиться веры.

С кем, Моисей, сравнить тебе дерзну,

Найду ли я достойные примеры?

Я грешен, я упрям в грехе своем,

Я – варвар, недостойный Божья Слова.

Та кара, коей предан был Содом,

И по моим грехам не столь сурова.

Как Ханаан, грехом я осквернен.

Я – Аммалих, меня нельзя наставить.

Как идолообитель Вавилон,

Меня разрушить легче, чем исправить.

Обломком жалким я встаю из мглы,

На мне лежит проклятье, грех Иудин.

Как древний Тир, достоин я хулы,

Я как Сидон, порочен и подсуден.

Я старца одряхлевшегно слабей

От дней развратных и от жизни шумной.

Я – голубь, кроткий в глупости своей,

А не в своей смиренности разумной.

Я как яйцо, где скрыт змеинный яд.

Ехидна я, что львицей почиталась.

Я – Иерусалим, священный град,

Пред тем, как от него лишь пыль осталась.

Я – человек, чья совесть нечиста.

Шатер пустой, не избежавший бедствий.

Я – крепость, чьи сокрушены врата,—

Наследникам ненужное наследство.

Я – дом, но он покинут и забыт.

И чтоб его избавить от проклятья

Он должен быть очищен, обновлен,

Обмазан глиной Божьей благодати.

А у меня нет для спасенья сил,

Я слаб, я сломлен тяжкими грехами,

И Справедливейший определил

При жизни место мне в зловонной яме.

Я изгнан, я отвержен, я забыт,

Смятен я духом, жалок я обличьем.

Я – тот талант, который был зарыт

Рабом лукавым, как глаголет притча.

2

Всех душ и всякой плоти Созидатель,

Многоусердный в милости Своей,

Дай верить мне как верил Моисей,

Пророк, Твоей достойный благодати.

Дай завершить мне книгу песнопений
Достойную Твоих благословений.

В обитель, где Ты должен нас принять,

Я начал путь свой, плача и стеная,

Дай грех мне искупить и злаком стать,

Возликовать при сборе урожая.

И как грехи мои не велики,

Не дай иссякнуть слёз моих истокам,

И, как Израиль, Ты не обреки

Мой дух и сердце засухе жестокой.

Пред тем, как неба мы услышим глас,

А небо – глас земли, где сонмы нас,

Земля же – глас хлебов, и лоз, и хмеля

И все услышат голос Изрееля.

Пусть чистая молитва и елей –

Все, что Тебе святыми воздается,

Проникнет в суть души моей скорей,

Чем тела оскверненного коснется.

О Господи, я – глина, Ты – Творец,

Спаси меня, Небесный мой Отец,

Чтоб на земле мне духом укрепиться,

Чтоб в час, когда вступлю я в мир иной

И небо ты разверзнешь предо мной

Я б мог его сияньем насладиться,

Чтоб под небесным этим светом впередь,

Как воску, не растаять, не сгореть.

Дай, Боже, силу мне, изнеможденному,

Дай духом мне воспрянуть, обделенному.

Перед концом моим, возможно скорым,

Сведи меня с порочного пути,

Хоть я истерзан совести укором,

А не усилием Тебя найти.

Меня, земного, тронутого скверной,

Услышь, о Боже, со Своих высот.

Возьми залог моей мольбы усердной

И дай мне благодать Своих щедрот.

Своим небесным Светом освети

Мой слабый стон, глухое покаянье

И слово из Священного Писанья,

Что в эту книгу тщусь я привнести

Меня, мой Благодетель совершенный,

Хоть жалости не стою, пожалей

И вместо меди звонкой, но презренной

Даруй мне злато милости Своей.

Не повергай меня в смертельный страх,

И не ожесточай мой дух скорбящий,

Не обреки бесплодным быть в трудах,

Как пахари на почве неродящей.

Не дай мне лишь стенать, а слез не лить,

В мучениях рожать и не родить,

Быть тучею, а влагой не пролиться,

Не достигать, хоть и весгда стремиться,

За помощью к бездушным приходить,

Рыдать без утешенья, без ответа,

Не дай мне у неслышащих просить,

Не дай, Господь, мне жертву приносить

И знать, что неугодна жертва эта,

И заклинать того, кто глух и нем.

Не дай во сне иль наяву однажды

Тебя на миг увидеть лишь затем,

Чтоб не утолить моей извечной жажды…

И до того, как мой услышишь зов,

Услышь мои, о Боже, покаянья

И соразмерно с тяжестью грехов

Не назначай покуда наказанья.

Щадящий, пощади, спаси, Спасающий,

Освободи меня, Освобождающий.

Не дай сойти с пути; прости, Прощающий;

От бед оборони, Обороняющий.

Недуг мой исцели, Всеисцеляющий,

И путь мои озари, Всеозаряющий.

За прегрешенья не карай, Карающий.

Прости мой долг, от долга Избавляющий,

С врагами примири, Всепримиряющий.

Когда в последний раз, в последний миг

Я подниму слабеющие вежды,

Пусть мне случится Твой увидеть лик,

Дарующий спасенье и надежды.

И мой последний вздох в последний час

Пусть мне минувшей жизни будет слаще.

Пусть Ангел Твой с меня не сводит глаз,

Ведя дорогой страшной, но манящей.

Когда умру, моей душе яви

Дух небожительный, дух бестелесный

Тех, кто дорогой веры и любви

Пришел, о Боже, в Твой чертог небесный.

Не воздавай мне за мои грехи.

Пусть будет принят дух мой в мире лучшем.

Не дай, Спаситель, волка в пастухи

Твоей больной овце, овце заблудшей.

Погрязшему в долгах – даруй прощение,

Погибшему в грехах – пошли спасение.

3

Ты, жаждушим дающий утоленье

Ужели в мире не рассеешь мглу,

Ужель меня лишишь благоволенья,

Изменишь милосердью Своему?

Ужели мне откажешь в состраданьи

Ты, Тот единый, в Ком оно живет?

Утратишь ли, Цветок, благоуханье,

Засохнешь ли, о благодатный Плод?

Ужель животворящие деянья

Ты прекратишь, о наше Упованье?

О Ты, Который кроток и велик,

Ужель пренебрежешь извечной славой,

Ужели омрачишь, о Боже правый,

Пречистый Свой, неомраченный Лик?

Ты ль не даруешь, о мое Спасенье,

Кровоточащим ранам исцеленье,

Свет предо мною не зажжешь во тьме?

Я – Твой проситель, раб Твой дерзновенный –

Молю Тебя: меня Ты не покинь.

Нетленный, жизнь дарующий вселенной,

Ты славославленный, благословенный,

Ты был и есть – Твердыня всех твердынь.

Ты был и остаещься вездесущим,

Как в прошлом, так и ныне, и в грядущем,

И за пределом вечности.

Аминь!

СЛОВО К БОГУ, ИДУЩЕЕ ИЗ ГЛУБИН СЕРДЦА

Глава 3

1

О Повелитель сущего всего,

Бесценными дарами нас дарящий,

Господь, Творящий все из ничего,

Неведомый, Всезнающий, Страшащий,

И милосердный, и неумолимый,

Неизреченный и непостижимый,

Невидимый, извечный, необъятный,

И ужасающий, и благодатный!

Непроницаем Ты, неосязаем,

И безначален Ты, и нескончаем,

Ты – то единственное, что безмерно,

Что в мире подлинно и достоверно,

Ты – то, что нам дает благословенье,

Ты – Полдень без заката, Свет без тени,

Единственный для нас родник покоя,

Что просветляет бытие мирское.

И безграничный Ты, и вездесущий,

Неистощимый клад, пречистый дождь,

Во век неиссякающая мощь.

Ты и Хранитель наш и Наставитель,

Недуги наши знающий Целитель,

Опора всех, всевидящее Зренье,

Десница благодатного даренья,

Величьем осиянный, всем угодный,

Наш Пастырь неустанный, Царь беззлобный,

Всевидящий, и днем и ночью бдящий.

Судья, по справедливости судящий,

Взгляд негнетущий, Голос утешенья,

Ты – весть, несущая успокоенье.

Твой строгий перст, всевидящее око

Остеренают смертных от порока.

Судья того, что право, что неправо,

Не вызывающая завист слава,

Ты – Светоч наш, величие без края,

Незримая дорога, но прямая.

Твой след невидим, видима лишь милость,

Она с небес на землю к нам спустилась.

Слова, что я изрек Тебе во славу,

Бледнее слов, которые бы мог

Услышать Ты, о Господи, по праву,

Когда б я не был речью столь убог.

Господь всеведущий, благословенный, восхваленный,

Восславленный всем сущим во вселенной,

Все то, что совершить нам суждено,

Твоею волею предрешено.

О Господи, дорогу очищенья

Ты мне в моих сомненьях указуй

И, приведя меня к вратам спасенья,

Ты удовлетворись и возликуй.

Цель песнопенья Твоего раба –

Не славословье и не восхваленье,

Мои слова ничтожные – мольба,

Которой жажду обрести спасенье.

2

Собранье песен сих, где каждый стих

Наполнен скорбью черною до края,

Сложил я – ведатель страстей людских –

Поскольку сам в себе их порицаю.

Писал , чтоб слова дойти могли

До христиан во всех краях земли.

Писал для тех, кто в жизни едва вступает,

Как и для тех, кто пожил и созрел,

Для тех, кто путь земной свой завершает

И преступает роковой предел.

Для праведных писал я и для грешных,

Для утешающих и безутешных,

Для судящих, и для осужденных,

Для кающихся и грехом плененных,

Для добродетелей и здодеев,

Для девственников и прелюбодеев,

Для всех: для родовитых и ничтожных,

Рабов забитых и князей вельможных,

Писал равно я для мужей и жен,

Тех, кто унижен, тех, кто вознесен,

Для повелителей и угнетенных,

Для оскорбителей и оскрбленных,

Для тех, кто утешал и кто утешен,

Писал равно для конных и для пеших,

Писал равно для малых и великих,

Для горожан и горцев полудиких,

И для того, кто высший властелин,

Которому судья лишь Бог один;

Для суетных людей и для благих,

Для иноков, отшельников святых.

И строки, полные моим страданьем

Пусть станут для кого-то назиданьем.

Пусть кающийся в горьком прегрешеньи

Найдет в моих писаньях утешенье.

Пусть обратит мой труд, мое усердье

Себе во благо человек любой.

И стих мой, став молитвой и мольбой,

Да вымолит Господне милосердье.

3.

Всем тем, кто вникнет в сущность скорбных слов,

Всем, кто постигнет суть сего творенья,

Дай, Боже, искупление грехов,

Освободи от пагубных оков

Сомнения, а значит преступленья.

Желанное даруй им отпущение,

Пусть слезы их обильные текут,

И голосом моим они моление

Тебе угодное да вознесут.

К Тебе да вознесется их мольба

И за меня, за Твоего раба.

Пусть, Боже, на рабов Твоих покорных,

На всех раскаявшихся, кто прочтет

С участьем книгу этих песен скорбных,

Твой свет и благодать да снизойдет!

И если всех Ты примешь, кто со мной

Произнесет слова мольбы усердной,

Врата Своей обители святой

Открой и мне, О Боже милосердный.

И если слезная моя мольба

Прольется словно дождь, грехи смывая,

То и меня, ничтожного раба,

Омоет пусть его вода живая.

И если Ты спасешь, о Боже, всех,

Согласных с мыслью, мною изреченной,

Ты и меня, простив мой тяжкий грех,

Спаси, о Господи благословенный.

И если песнь моя в душе иной

Родит тебе угодные понятья,

Ты и меня, Отец небесный мой,

Не обдели Своею благодатью.

И если те, кто мой постигнут стих,

К Тебе дрожащие возденут руки,

Пусть боль стенаний горестных моих

Сольется с их мольбой в едином звуке

И если сказанное в книге сей

Услышаны Тобою покаянья,

То в многощедрой милости Своей

Будь милосерден и пришедшем ране.

И если поколеблется, скорбя,

В священной вере некто, духом падший,

Пусть он, воспрянув, в книге сей отыщет

Опору, уповая на Тебя.

Коль маловер однажды усомнится,

Что храм его надежд не устоит,

Пусть этот шаткий храм Твоя десница

Строками книги скорбной укрепит.

Когда недугом мучимый жестоко

Почти утратит кто-то с жизнью связь,

Пусть обретет он силу в этих строках

И возродится вновь, Тебе молясь.

И если смерный страх или сомненье

Вдруг овладеют кем-то из людей,

Пусть в книге он найдет успокоенье,

Найдет покой по благости Твоей.

И если грух грехов неискупленных

Потянет в пропасть грешника, пусть он

Всей сутью слов, Тобою мне внушенных,

Спасен навечно будет и прощен.

И если где-то грешник есть, который

Не минет сатанинской западни, –

Дозволь, чтоб труд мой был ему опорой

И Сам безумца светом осени.

И если кто-то в гибельной гордыне

Слова святых молитв забыть готов, –

Дозволь, чтоб я вернул его к святыне

Могуществом Тобой внушенных слов.

И тех, кто в сатанинском ослепленьи

Уверуют в презренную тщету,

Мне книгой скорбных этих песнопений

Дозволь вернуть к Причастью и Кресту.

И ураган неверия, взметенный,

Как над водой, над душами людей,

Смири моею песней, вдохновенной

Божественною милостью Твоей.

4

Сей труд, что начинал я с упованьем

И с Именем Твоим,

Ты заверши,

Чтоб песнпеньен стало врачеваньем,

Целящим раны тела и души.

И если труд мой скромный завершится

С Твоим благословением святым, –

Пусть Дух Господень в нем соединится

Со скудным вдохновением моим.

Тобой дарованное озаренье

Не погаси.

Мой разум не покинь,

Но вновь и вновь приемли восхваленья

От Твоего служителя.

Аминь!

Источник: Православие и Мир