Главная > Вопрос - ответ > Можно ли научиться жить в молитве?
«Ведомости Нижегородской митрополии» 11 (119) 15:49, 8 июня 2017

Можно ли научиться жить в молитве?

Вопросы духовной практики православного христианина, от первого обращения к Богу до выстроенной молитвенной жизни, часто вызывают недоумение. Кто-то склонен отделять молитву от иных форм христианского делания, кто-то формализует ее, другие, напротив, отдают ее на откуп чувствам и искреннему порыву. Поэтому, спрашивая священника о молитве, важно не просто душой принять ответ, но и… практиковать.

Читал о христианских аскетах, подвижниках, которые сознательно уходили в пустыню, питались дикой травой, не спали, носили вериги… Почему их называют угодниками? Неужели Бог хочет, чтобы мы отказывались от жизни, дарованной Им?

— Нет, конечно, потому что Он и есть жизнь: «Аз есмь Путь и Истина и Жизнь» (Ин 14:6). Мы же в силу своей испорченности жизнь видим в другом — в жизненных благах. Хотя и они дарованы Господом. Угодить же Ему можно по-разному, главное, чтобы сердца были устремлены к Нему. Как Вы помните, весь Закон зиждется на двух заповедях: «Возлюби Господа Бога твоего» и «Возлюби ближнего твоего». Исходя из этого и можно угодить Богу. Если мы посмотрим историю христианской Церкви, то увидим, что многие угодники Божии не были пустынниками (святитель Николай Чудотворец, святой праведный Иоанн Кронштадтский, святитель Игнатий Брянчанинов и другие), но каждый из них по-своему угодил Богу, потому что имел в сердце любовь к Богу и людям. Аскетика (в переводе — упражнение) свойственна всякому христианину — в молитве, в воздержании, но это не отказ от жизни, а сама жизнь, разумеется, отличная от языческой.

Может ли быть Святое Причастие «во грех и в осуждение», как об этом говорится в молитве священника перед причащением?

— Действительно, когда Святые Дары выносятся из алтаря в храм, священник читает молитву, в которой есть слова: «…Да не в суд или во осуждение будет мне причащение Святых Твоих Таин, Господи…» Но эту молитву из «Последования ко Святому Причащению» читает не только священник, но и всякий готовящийся к причастию мирянин. Что же значат эти слова? Как может быть причастие в осуждение? Апостол Павел в «Послании к коринфянам» пишет: «Кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе… Оттого многие из вас немощны и больны, и немало умирает» (1 Кор 11:29–32). Кого же считать недостойным подойти к Чаше? Во-первых, того, кто не исповедовал смертный грех, да и вообще другие грехи (или сделал это формально). Во-вторых, кто не примирился с ближним своим, имеет на сердце недобрые помыслы: злость, зависть, ревность и т.д. Кроме того, в Русской Православной Церкви существует традиция серьезно попоститься перед причастием, прочесть накануне определенное правило, прийти в храм в день причастия натощак, исповедоваться и тогда уже приступать к таинству Причащения. Еще раз повторю, что делать все это нужно не формально. В противном случае, причастие становится человеку в осуждение, потому что он подошел к Святой Чаше с нечистым сердцем.

Когда во время молитвы мы просим Бога дать нам здоровье, исцелить, не грешим ли? Ведь Он сам знает, что нам надо.

— Конечно, знает. И делает все для нашей пользы, даже когда долгое время не посылает исцеления и нам кажется, что Он нас не слышит. Но Он ждет нашего обращения к Нему. И это надо не столько Ему, сколько нам. Поэтому нет греха в наших искренних просьбах, лишь бы мы не забывали добавлять в молитве, что согласны с Его волей, и чтобы действительно умели принимать со смирением все, что Он пошлет нам — любое испытание, помня, что оно направлено на спасение нашей души.

В книгах много пишут о сердечных, умных, внутренних молитвах, особенно об Иисусовой. У меня же никогда не получается помолиться сердечной молитвой — в голову лезут посторонние мысли. Как этому научиться?

— Вопрос об Иисусовой молитве очень сложен. Святые отцы писали: «Близ тебя слово в устах твоих, и в сердце твоем; если исповедуешь устами твоими Господа Иисуса, спасешься: ибо всякий, кто призывает имя Господне, спасется». Афонские созерцатели-старцы жили вдали от мира и умели пребывать в этой молитве всегда, тем самым достигая того, что она занимала и ум их, и сердце. Другое дело, когда человек живет в миру, общается с другими людьми, ходит на работу. Такому, разумеется, очень трудно постоянно пребывать в молитве. Вот почему многие духовные наставники не рекомендуют своим чадам механическое произнесение Иисусовой молитвы.

Не случайно и святые отцы предупреждают: «Друзья! Никто не против очищения телесных чувств, но говорим о том, что, если отделять очищение чувств от умного делания, получится большое несогласие». Поэтому не следует искусственно вызывать в своем сердце какие-либо необычные ощущения во время молитвы. Когда будет нужно, Господь сам пошлет их. Святой Исихий говорит так: «Бога бойся и заповеди Его храни, чувственно и умно; если умно себя понудишь хранить, то мало-помалу и чувственно на делание их взойдешь». К осторожности в творении Иисусовой молитвы призывают и многие известные русские святые. Например, святой Паисий Величковский пишет одному старцу об издании различных древних славянских и греческих книг, что он и радуется этому, и боится, «боясь же и трепеща, что эти (святые творения), как и прочие книги, как вещь продаваемая, предлагаемы будут не только монахам, но и вообще всем православным христианам; и по ним обучившимся самочинно, без наставления опытных, деланию умной молитвы, как бы не воспоследовала прелесть; а за прелестию, как причиною, не воспоследовала бы от суемудрых хула на это святое и пренепорочное дело».

Так что будьте осторожны, не стремитесь к тому, к чему вы еще не готовы, советуйтесь во всем с вашим духовным наставником. Об исихазме (делании умной молитвы) написано много книг, их вы найдете в православных библиотеках. Я бы не писал об этом так подробно, если бы сейчас не было столь распространено это странное (по-другому не скажешь) увлечение чтением без знания Иисусовой молитвы. Это связано, видимо, с тем, что многие пришли в православие, начитавшись книг по эзотерике и подсознательно ища что-нибудь подобное и в христианстве.

Не понимаю, зачем нужны одинаковые для всех молитвы? Я обращаюсь к Богу своими словами. Это неправильно?

— Вопрос в том, найдем ли мы правильные слова? Не будем ли просить у Него того, что вовсе не полезно для спасения души? Скорее всего, так и получится: нам ведь хочется прежде всего земных благ, успехов в этой жизни, здоровья телесного, наконец. Но разве это вредно человеку? Нет, не вредно. Но все же это должно стоять на втором плане, на первом же — то, что способствует нашему духовному росту, очищению и спасению души. Сила молитвы не в том, что мы просим чего-то у Бога, а в том, что через молитву происходит единение человека и Бога, реализуется назначение человека — обожение его.

Святые отцы называли молитву «нервами души нашей». Вот для чего и оставлены нам молитвы, слова которых подобраны святыми. Это некие образцы наших прошений: вот так и вот это нужно просить у Бога, чтобы быть услышанным и получить желаемое, если это желаемое соответствует Божиему Промыслу о нас. Не услышаны бываем, когда произносим бесполезное, когда, молясь, не оставляем грехов своих, то есть обращаемся к Богу с нечистым сердцем. И еще Он нас «не слышит», когда мы просим отмщения врагам.

«Что я говорю, — пишет один святой, — что здесь не нужно заботиться об искусстве в словах? Часто не нужно бывает и голоса, ибо, если в сердце своем изречешь Его как должно, то и в таком случае Он услышит тебя». Так что, прежде чем молиться своими словами, надо научиться правильно обращаться к Богу, просить полезное для спасения души, а не тела — именно для этого и существуют молитвы святых — образцы возношения ума и сердца к Богу.

Некоторые говорят, что постоянно повторяемая Иисусова молитва — та же самая медитация. Так ли это?

— Нет, это совершенно не так, даже и звучит кощунственно. Медитация, практика восточных религий и сект, конечно же, не может быть молитвой — хотя бы потому, что, читая Иисусову молитву, человек обращается к Спасителю и Богу нашему с просьбой о помиловании. Вдумайтесь в эти слова: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного!» Тут и покаянное чувство, признание себя грешником, и надежда на Божию милость.

Но вопрос задан не случайно, потому что некоторые православные люди, почитав кое-что о монахах-подвижниках, занимающихся исихазмом (определенное прочтение Иисусовой молитвы), но не имея их духовного опыта, живя жизнью далеко не монашеской, пытаются свое­образно читать Иисусову молитву, что нередко приводит к большой беде, которая в православии называется прелестью. Вот что опасно. Споры об исихазме ведутся давно, уже несколько веков. Но это дело богословов и монашествующих. Для нас же эта молитва была и остается тем, что заключено в ее замечательных словах. Более подробно об этом стоит поговорить с вашим духовником и почитать ту литературу, которую он на эту тему порекомендует, а литературы об Иисусовой молитве немало. Медитацией же ее могут считать те, кто увлекается восточными учениями и ищет каких-то чувственных ощущений даже в православной молитве.

Можно ли молиться за неверующего?

— Кажется странным на первый взгляд, что кто-то будет молиться за человека, который этого не желает, не веруя в Бога. Но на самом деле ничего странного здесь нет, потому что милосердие Божие безгранично и, если будет на то Его воля, неверующего Он сделает верующим, примеров в истории предостаточно. Мы же по образу Божией любви, любя близкого нам, хотя и неверующего человека, просим у Господа обратить на него Свое милосердие. Кто же еще этого попросит, если сам-то наш близкий в Бога не верит и, конечно же, не просит Его помощи и заступления? Здесь единственно, что можно добавить, так это то, что в православных храмах молитва совершается только за тех, кто принадлежит к Церкви, то есть за людей крещеных, пускай иногда и заблудших. А келейно молитесь за своих близких и за неверующих, и, возможно, по вашей молитве Господь просветит их разум, позовет к Себе, и они услышат Его голос.

Протоиерей Владимир Гофман

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.