Главная > Статьи > Под горою — родники
«Ведомости Нижегородской митрополии» 20 (128) 16:48, 26 октября 2017

Под горою — родники

26 сентября над Шпилевым была радуга. Яркая-яркая и огромная — во все небо. Жители села, те, что веру в сердцах имеют, вздыхали, глядя на полуразрушенный храм в честь Воскресения Словущего: «Престол у нас…» А в глазах все равно радость. Пусть поругана и заброшена церковь, но не зря же в престольный праздник Господь радугу послал! Об этом жители рассказали, когда мы, журналисты, участники миссионерской поездки, приехали в Шпилево.

Храм на горке стоит, а под ней родники бьют. Не один, не два — множество! Не зря село-то в стародавние времена звалось Родниково. Хотя нет, два названия было. Шпилево и Родниково. Второе было опущено только в 1638 году, когда производилась очередная опись дворов.

Возникло поселение в XVI веке, 455 лет отметили жители в 2015 году. По преданию оно начиналось с пяти дворов. Ехал из Княгинина в Арзамас князь по фамилии Шпилев. Остановился отдох­нуть в живописном месте, где из-под горы ключики били. Попил, коней напоил, и очень тут ему понравилось. Заселил крестьян — родилась деревня. Потом нижегородскому Печерскому монастырю село принадлежало, пока Екатерина II секуляризацию не провела. С тех пор здешние крестьяне стали «казенные».

И манифест здесь читали

Церковь села Шпилева, что недалеко от Перевоза, освятили 23 сентября 1846 года. В честь обновления Храма Воскресения Христова в Иерусалиме. Три престола здесь: главный — Воскресенский, правый — в честь Казанской иконы Богородицы, левый Николаю Чудотворцу посвящен. В исторических документах читаем: «Здание каменное, с таковою же оградой и колокольною. Колокольна в одной связи с церковью, крыта. Вся церковь и колокольна крыты листовым черным железом и окрашена зеленою краскою». Зеленый, значит, храм был. Надо же… Теперь цвета уже не угадаешь.

При храме работала церковно-приходская школа. Грамоте крестьянских детей учили сами клирики — священник и диакон. Школьного здания не было, поэтому дети занимались на дому у батюшек.

Известно, что 14 марта 1861 года в церковь пришло все село, от мала до велика. Но не на службу. Здесь читали манифест об освобождении крепостных крестьян. Церковь большая, но весь народ она не вместила — люди стояли и в ограде, и все завороженно слушали, как губернский чиновник читал текст. Потом раздалось громогласное «Ура!», и целый час колокола звонили.

В 1913 году отмечалось 300‑летие Дома Романовых. Праздновали широко, а на селе подводились итоги деятельности общин, награждали лучшие хозяйства и общественников. Кстати, в тот год и урожай был рекордным — по 90 пудов собрали с десятины. А в шпилевском храме прошли слушания, посвященные царской династии. На приходе до революции было около полутора тысяч человек. Жили они и в самом Шпилеве, и в окрестных деревнях: Медведкове, Орлове, Фатьянкове и Киселихе.

Еще один «унесенный революцией»

После 1917 года шпилевский храм не избежал печальной участи большинства российских церквей. И сейчас больно смотреть на него. А фрески еще кое-где сохранились…

— Из своего детства я помню, что мы ходили сюда и находили разные красивые вещи, — рассказывает Надежда Николаевна Кондюрева. — Ризы у нас, у ребятни, так сказать, пользовались большим спросом. Они красивые, блестящие такие. Потом здесь склад зерна устроили. Потому что рядом был ток, где зерно сушили. Привозили с полей, а в церковь складировали. А после здание просто бросили.

У старенькой бабушки Анны до сих пор хранится икона из Воскресенской церкви. Она ей от родственницы досталась.

— Муж-то у меня был деловой, — говорит старушка, — он сделал полочку, да и поставили мы туда икону-то. Она небольшая. Богородица на ней. А я вам, девчонки, вот что скажу. Если только я сложу руки, икону эту и другие, что у меня, прошу в Божий храм отнесть. Я этого очень желаю.

— А отчество-то и фамилия какие у вас, баб Ань? — спрашиваем.

— Да не надо меня по отчеству, — отмахивается. — Я же не учительница, я простая колхозница. Нас две из восьми человек осталось. Сестре — девяносто семь, мне — восемьдесят семь, но я хуже ее. Мне ведь на лесоразработке в восемнадцать лет ногу переломило. И год не прошел, а меня опять в лес. Братья тогда выхлопотали мне паспорт, и я из моей Пензенской области уехала. Я грузчицей была, соль грузила. А сюда замуж вышла. И когда он привез меня сюда, церква была в полном порядке. Служить здесь не служили, но была в полном порядке. С куполом, с крестом.

Сейчас иная картина. Но надо отдать должное шпилевцам. Как могут, они за храмом следят. Обкашивают территорию вокруг, не дают бурьяну захватить церковь. Среди активистов — Надежда Алексеевна Меличаева. Родилась она в здешнем приходе. В деревне Киселиха, это пять километров от Шпилева.

— У нас семья всегда была верующая, но как бы втайне, — поясняет женщина. — Мать с отцом за стол не сядут, не помолившись. Но не афишировали. Отец был смиренник, он и умер в Светлое Христово Воскресение. Нас, детей, тоже приучили. Как же без веры?! Без Бога не до порога.

Уезжала Надежда из родных мест, но вернулась. Храм к тому моменту уже сильно обветшал. И верующие стали собираться у Надежды Алексеевны в православные праздники помолиться. И если батюшки приезжают молебен отслужить, то, опять же, к ней.

Зачем ставят стенды у храмов

Наша поездка в село Шпилево стала очередным мероприятием проекта «Унесенные революцией», реализуемого редакцией «Ведомостей» при поддержке международного грантового конкурса «Православная инициатива — 2017».

В этот день прямо возле церкви состоялся молебен. Служил иерей Владимир Пономарев, клирик Лысковской епархии. Потом крестным ходом обошли храм. Отец Владимир после богослужения сельчан напутствовал:

— Поблагодарим Бога за то, что он дает нам силы и возможность устоять против искушений в этом грешном мире. В свое время не смогли этого сделать наши предки, и результаты печальны — революция, поруганные храмы… Давайте будем обращаться к Господу за помощью, чтобы дал силы пережить любые сложные времена и остаться верными Богу.

Перед шпилевцами выступили и мы, журналисты «Ведомостей митрополии». Рассказали об истории церкви, о нашем проекте, реализуемом редакцией, раздали православную литературу.

Возле храма был установлен стенд с информацией о нем. Здесь можно прочитать и о том, что последним священником храма был Александр Страгородский — родственник Патриарха Сергия Страгородского, арестованный и осужденный в 1937 году и умерший в лагере.

— Хорошо, что стенд поставили. Люди хоть что-то будут знать об истории, — говорит Евгений Александрович Урусов. — Сам я родился в соседней деревне, работал в местном совхозе главным инженером, потом председателем. В мою бытность церковь была еще с куполом, с крестами, полы, утварь кое-какая… Но зерно там уже не хранили. Понимания не было, что здесь святыня. Теперь оно есть, храм нам в селе нужен.

— А я живу здесь с 1963 года, — вступает в разговор Александра Михайловна Люлева. — В школе была учительницей. В последний раз, когда субботник у нас тут возле храма проходил, зародилась такая мечта — поставить здесь часовенку. Как на Стрелке, это в нашем же Перевозском районе, то есть округе. Там тоже руины, а рядом — красивая деревянная часовня. Но там руины-то — в строительных лесах!

…Церковь в честь обновления храма Воскресения Господня в Иерусалиме. Как бы ей самой нужно обновление! Такой величественный храм, даже сейчас… В Воскресение Словущее над ним сияла радуга. Ее видел в свое время и Ной, когда вышел из ковчега. Прекрасный символ союза Бога и человека. Шпилевцы тоже приняли радугу как добрый знак, как надежду, что не станет Божий храм зиять слепыми окнами-глазницами, а все-таки восстанет в былом великолепии. Когда-нибудь. Пути-то Господни неисповедимы.

Надежда Муравьева

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.