Главная > Статьи > Так зачем же мы ходим в церковь?
«Ведомости Нижегородской митрополии» 7 (115) 17:30, 6 апреля 2017

Так зачем же мы ходим в церковь?

Действительно, а зачем? Или, если иначе спросить, для чего человек ходит в церковь? Думаете, разницы в поставленных вопросах никакой… А если попробовать ответить… Но не только на эти два вопроса. Можно добавить и третий, и четвертый: когда человек ходит в церковь, в чем он ходит? И много еще вопросов возникнет в связи с ответами на эти четыре поставленных. И, поверьте, если подробно отвечать на них, мне не хватит отведенного редактором пространства для статьи.

Галстук усопшего

Предлагаю начать издалека. Есть примеры, когда человек крещеный оказался в такой ситуации: родился, крестился, помер, а в церковь так и не пришел? Есть, и, к сожалению, немало. Не пришел своими ногами. Впервые его принесли на руках еще младенцем, не способным ходить, по желанию родителей (так ведь положено), принимать Святое Крещение. Вторично, вы уже догадались, его приносят так же на руках, но уже по иной причине — умер.

Возвращаясь к нашим вопросам и отвечая на них, мы получаем интересную информацию о жизни покойного. Чепчик, распашонка — вот нехитрый гардероб младенца, впервые принесенного в храм. И как отличается набор ритуальных облачений, когда человек во второй раз переступает порог храма? Извиняюсь, «переступает» — это не про него. Про покойника можно сказать — пересекает порог… Прежде чем облачат бездыханное тело, у родственников возникнет масса вопросов, которые в загробной участи имеют такую же роль, как для мертвого припарка. И ведь не поленятся для разрешения этих проблем сходить в храм Божий или, в худшем случае, набрать номер телефона и навести справки.

Перечень задаваемых вопросов стандартный до такой степени, что кажется, родственники таких покойников где-то специаль­но собираются и договариваются, о чем нужно спросить: можно ли галстук повязать мужчине, а если можно, то почему? Там же узел. И слышно в трубку, как при слове «узел» широко открываются глаза от ужаса на том конце провода. А если туфли на каблуках, не повредит ли это. И все бы ничего, но когда вопросы касаются нательного креста: «Вот тут в ритуальном нам дали крестик — что с ним делать?» — твоего сердца касаются и горечь, и раздражение, и обида, и сожаление о неизвестном тебе покойнике и его несчастных родственниках.

Когда возникает вопрос об отпевании — зачем, — ответ звучит приблизительно такой же, как и при крещении младенцев — родственники же хотят (так ведь положено). Если при этом озабоченность благополучно разрешается «венчиком» и «земелькой», освящением кутьи и «чем поминать», то чувство глубокого удовлетворения о том, что все сделано, «как положено», наполняет сердца людей.

Только остаются вопросы: зачем все ж таки крестили, для чего? Чтобы потом, когда «грянет гром», все сделать, «как положено»? Ну, сделали. И девять, и сорок дней справили… И «стол-то, первый, был без водки».

А умерший так и не узнал ответ на вопрос: а зачем Христос-то на землю приходил? И для многих оставшихся на земле, еще живущих родственников и друзей покойного этот вопрос не является главным в их жизни.

Глазами каждого встречного

Еще горше становится, когда понимаешь, что этот вопрос не главный и для тех, кто сегодня наполняет православные храмы.

Зачем человек идет в храм? В ответ слышишь много чего, что действительно кажется самым необходимым: записочку подать, свечечку поставить, помолиться, попросить, «по-исповедоваться, а заодно и причаститься» (перед операцией, дальней дорогой, экзаменом, первым сентября и т. п.)

И мало кто, идя в храм Божий, думает, что идет на встречу со Христом. Которого не видишь, но Который смотрит на тебя через глаза каждого, кто повстречался на твоем пути.

На днях у меня была встреча с детьми 10–12 лет, в санатории, где они проходят курс лечения. Приехали из разных городов — воспитатели сетуют, что, мол, вот все разные, а матерятся, как из одной семьи матерщинников — батюшка, помоги! Вот и пригласили «для беседы на тему». Жду я в актовом зале, когда воспитатели их приведут. Заходят. Шумно так — дети же. И вот одна девочка, с открытым и светлым лицом, с очень доброжелательной улыбкой, даже немного подавшись мне навстречу, спрашивает: «А вы нам о святых будете рассказывать?» Мне стало неловко — от того, что взрослые приготовили для них иную тему.

Кстати… Невзирая на то, сколько раз крещеный человек при жизни был в храме на службе, Святая Православная Церковь молит Господа при погребении усопших: «Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих…»

Протоиерей Сергий Муратов

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.