Главная > Интервью > «Оставляем должникам нашим?»
«Ведомости Нижегородской митрополии» 16 (100) 14:34, 25 августа 2016

«Оставляем должникам нашим?»

В Ульяновской области не могут отойти от шока: в частный дом кто-то бросил бутылку с зажигательной смесью, которая попала в кроватку, где спал двухлетний мальчик. Дедушка малыша накануне имел проблемы с коллекторским агентством: его сотрудник в разных формах пытался «скачать» с должника деньги. Буквально на днях на 9 лет осудили жителя Большеболдинского района, который на смерть забил битой знакомого, буквально выколачивая из него долг в 10 тысяч рублей. Современные методы работы с должниками порой ужасают, делая эту тему предметом острых дискуссий, от соцсетей до парламента. И правда, как бы вы поступили, если человек, который должен вам, возвращать деньги не хочет или не может? Какими способами вы будете добиваться возвращения долга? Или все-таки простите его? Тогда как будете в дальнейшем относиться к должнику? На эти вопросы отвечают гости нашей рубрики.

Александр КалагановИерей Александр Калаганов,
настоятель церкви в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» в Нижнем Новгороде:

— Идеал перед нами ставит Христос. Читая молитву, мы произносим: «Прости, Господи, долги наши, как и мы оставляем должникам нашим». Это правило: всегда прощать. Это идеал. Конечно, все мы люди, и от идеала можем отходить, но верующие должны к нему стремиться. Я думаю, прежде чем дать взаймы крупную сумму денег, нужно посоветоваться. Если человек женатый — с супругой. И, конечно, давать ту сумму, которую вы можете простить. Если сумма большая, обдумать и обговорить с человеком сроки возврата. Не грех и расписку взять, помня, конечно, слова Христа Спасителя и христианский идеал.

Если же человек оттягивает время возвращения долга, пытается от вас дистанцироваться, здесь, думаю, поможет молитва за него, акафист Николаю Чудотворцу. Молиться святителю Николаю нужно регулярно в течение сорока дней, прося о здравии должника, с одной стороны, а с другой — чтобы Господь помог ему возвратить вам долг.

Сергей БалашовСергей Балашов,
сотрудник коммерческого банка, Нижний Новгород:

— Давайте посмотрим на ситуацию глазами ответственного человека. Вы берете в долг, в кредит, с непременным условием, чтобы потом отдать. И то, что к вам в случае неуплаты вовремя придут сотрудники банка, судебные приставы — абсолютно правильно, никаких заигрываний тут быть не может. В нашем банке человека, который оформляет кредит на сумму свыше 100 тысяч рублей, проверяют. Тут и справки с места работы — хорошо, чтобы человек трудился на одном месте продолжительное время. Нередко сотрудники службы безопасности банка заходят в дом к клиенту, чтобы посмотреть, как он живет: может, он на людях ходит в приличной одежде, а в квартире, как говорят, «шаром покати». Личный контакт с заемщиком многое проясняет. Когда возникают случаи просрочки кредита, мы подходим в каждой ситуации индивидуально. Допустим, молодая семья одолжила в банке деньги на покупку детской мебели, а потом глава семьи потерял работу. Мы никогда не будем, как бездушные роботы, отнимать у людей последнее в такой ситуации. Будем договариваться о реструктуризации, искать иные пути. Услугами коллекторов, на мой взгляд, пользуются те банки и коммерческие финансовые организации, которые бессильны возвратить долг через свою СБ или по каким-то причинам не хотят обращаться в суд. По большому счету, коллекторы — полукриминальные личности, которые в своей «работе» нередко практикуют бандитские методы.

Сергей МалиновскийСергей Малиновский,
художник, Нижний Новгород:

— Долги надо возвращать, договариваться, но не воевать. Моя позиция в отношении коллекторских агентств предельно жесткая: деятельность этих «контор» надо законодательно прикрывать. Наша семья столкнулась с их беспределом. Некто, вероятно, каким-то образом воспользовавшись персональными данными моего отца, который умер, набрал кредитов на крупную сумму. Естественно, не отдал. И началось: дверь маминой  квартиры измазывали краской, пытались подломать замок. Так продолжалось не один месяц. Мне пришлось не раз посещать банк, где якобы наша семья взяла кредит, который впоследствии пытались выбить коллекторы. Доказательства нашей непричастности к кредиту, заявления в правоохранительные органы, чтобы нас оградили от бесчинств, — на это потрачено огромное количество времени и нервов.

Иван ЛебедянцевИван Лебедянцев,
преподаватель православной гимназии имени преподобного Серафима Саровского в Дзержинске:

— Я попробовал бы простить. Это моя точка зрения как человека, у которого пока нет семьи и, соответственно, особых забот. Я считаю, надо стараться так поступать. В случае попытки все-таки возвратить свои деньги, все зависит от того, кто перед вами. Если человек религиозный, воззвать к его совести, оперировать христианскими ценностями. С малознакомым человеком, который по-настоящему нуждается в деньгах, я, честно говоря, не знал бы, как поступить. Наверное, обговорил бы ряд условий и постарался дать  деньги в долг. Так же и с дальнейшим отношением к злостному неплательщику. С религиозной точки зрения отношение к нему должно оставаться прежним. Ведь Спаситель говорил: прощайте и семьдесят раз в день, и семь раз по семь. Но, поскольку я немощной человек, думаю, не смогу относиться к должнику, как раньше.

Коллекторские же структуры, мне кажется, являются полулегальными, и методы, которыми они пользуются, не всегда законны. Очень часто под их пресс попадают люди, которые даже не брали кредит. Воцерковленному человеку работать там было бы странно — это так же, как работать, например, в абортариях, которые не запрещены законом, но их деятельность вызывает вопросы.

Николай ГорбатовскийПротоиерей Николай Горбатовский,
настоятель храма в честь Илии Пророка в Нижнем Новгороде:

— Конечно, для христианина идеал один — христианский: всепрощение. Но в жизни требовать идеала можно только с самого себя, часто — это подвиг. В обычной жизни есть две стороны: одна, которая готова этот подвиг брать на себя, и вторая, которая не имеет права требовать этого подвига с другого. Что я имею в виду? Должник не имеет права требовать со взаимодавца: ты же христианин, ты мне дал, и ты все мне прости, потому что ты  христианин. Он так не имеет права рассуждать и поступать, потому что он же тоже христианин и не может заниматься лихоимством. А тот, кто дал в долг, по мере сил должен проявлять христианское милосердие, если вдруг сложилась ситуация, что тот, кому он одолжил, не может вернуть. Если я ориентируюсь на заповеди Божии, если я  верующий, я не могу его призвать к подвигу. Но бывает, что человек дал те средства, которые ему были очень нужны для себя. Филарет Милостивый, который отличался добротой и раздавал остатки своего богатства соседям, говорил, что подлинно что-либо можно требовать только с себя. То есть в рассматриваемом нами случае спасут только две вещи: милосердие и подвиг, спрашиваемый с себя.

Валентина КапитановаВалентина Капитанова,
пенсионерка:

— Не все так однозначно. Бывает, люди не рубль занимают, а сто тысяч — и не отдают. А сами при этом покупают машины. Они забывают заповеди Божии: «И остави нам долги наши, яко же и мы оставляем должникам нашим». Но ведь долг-то платежом красен! С тем, кто не возвращает мне долг, я бы просто прекратила отношения. И молилась бы о нем. У меня самой много не займешь, с моей пенсии много не дашь. Естественно, надо смотреть, для какой цели человек занимает: если для здоровья, я даже рада буду дать, даже если и насовсем. Добиваться возврата я бы не стала.

 

Игорь Чистяков

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.