Нижнему Новгороду 800 лет


Главная > России славные сыны > С высоты истории и опыта веры
«Ведомости Нижегородской митрополии» 15 (213) 21:12, 12 августа 2021

С высоты истории и опыта веры

Открываем для себя святого князя Георгия Всеволодовича

Много это или мало для каждого нижегородца значит, что родной город насчитывает восемь столетий и что основал его человек незаурядной судьбы и духовной воли — святой владимирский князь Георгий Всеволодович, жизнь которого измеряется не только земными рамками? К нему едут во Владимир спустя почти восемь веков, просят помощи в укреплении веры и решимости нести свой жизненный крест. Мы тоже отправились в древнюю столицу Владимиро-Суздальской земли, где встретились с местными историками и краеведами, своими глазами увидели места, где святой князь родился, жил, нашел упокоение.

Следуя воле отца

Трезвый, вдумчивый, аналитик, он предпочитал избегать конфликтов и военных столкновений. Всю свою жизнь третий сын Всеволода Большое Гнездо князь Георгий посвятил объединению князей и внутреннему миру. Однако в течение всего правления князя Георгия Всеволодовича смутное состояние Руси проявлялось во всей силе. Свою последовательную политику — созидать государство единым и крепким — князь Георгий вел в сложнейших условиях усобицы удельных князей и постоянных военных угроз с востока и запада.

Князь Георгий Владимирский — особая личность в русской истории, им завершается огромная эпоха Домонгольской Руси. Родился в 1188 году от благочестивого корня, князя Всеволода III, брата Андрея Боголюбского, и дочери чешского князя святой благоверной княгини Марии, в схиме Марфы, основательницы Княгинина монастыря во Владимире.

Георгий становится владимирским князем по воле отца, который еще при жизни передал ему, младшему сыну, свою власть в нарушение закона о престоло­наследии, а старшего сына Константина оставил княжить в Ростове. Воля родителя была закреплена целованием креста при епископе Суздальском Иоанне.

XIII век — век потрясений политических, духовных, всех основ жизни. В судьбе князя Георгия, стремившегося продолжить политику Андрея Боголюбского и своего отца Всеволода, отрази­лась трагедия его времени, его родной земли.

В первый период правления, с 1212‑го по 1216 год, его цели мешали конфликты со старшим братом Константином, который не признал отцовского решения и не согласился во избежание крови поменяться княжествами с Георгием, подняв против него всю суздальскую землю, а затем новгородцев, псковичей и смолян и разбил его на реке Липице в 1216 году. Второй период, с 1218‑го и до страдальческой кончины в 1238 году, когда после смерти Константина он возвращается на великокняжеский стол, омрачен внутренней враждой князей на западных рубежах и страшным опустошительным нашествием Батыя, установившего ордынское иго на долгие 300 лет.

Учредив епархию, основав град

Несмотря на внешние обстоятельства, Георгий Всеволодович стремился дейст­вовать с позиций христианской совести. Даже неприятные для себя обстоятельства он обращал на пользу Церкви и государства.

— В результате конфликта с Константином в 1214 году Георгий Всеволодович учредил особенную епархию для Владимиро-Суздальской области, чтобы ликвидировать церковную зависимость от Ростова. Издревле Владимирский край входил в церковном отношении в состав Ростовской епархии, учрежденной в 991 году, — рассказывает иеромонах Варфоломей (Минин), кандидат исторических наук, доктор теологии, председатель отдела образования и просвещения Владимирской епархии. — Первым архиереем на этой кафедре становится святитель Симон, постриженник Киево-Печерского монастыря, личность легендарная. Он разделил с князем Георгием все его беды. Отправляясь в ссылку в Горо­дец после поражения на Липице, Георгий Всеволодович не перестает думать об интересах своего Отечества. Подходя к устью Оки, он видит высокие берега Волги и по благословению святителя Симона закладывает город.

— Основание восточного форпоста в месте слияния Оки и Волги было рискованным, но важным стратегическим шагом, этапом в сложной планомерной работе по освое­нию Поволжья, которую начал за 50 лет до него князь Андрей Боглюбский, — добавляет Матвей Давыдов, заведующий научно-исследовательским отделом Владимиро-Суздальского музея-заповедника. — Но князь Георгий двигался дальше — русские полки по его указанию доходили до низовьев Камы. Кроме того, при Георгии Всеволодовиче началось постепенное подчинение племенных мордовских образований.

Определяя границы страны

Георгий Всеволодович активно действует не только на востоке, раздвигая границы Руси вниз по Волге, усмиряя и отодвигая волжских булгар, но и на западе, где он наносит сокрушительный удар крестоносной агрессии.

— Владимирские князья дважды наносили существенный урон ордену меченосцев в 1220‑е годы и тем самым остановили попытки католических орденов взять под контроль псковские или порубежные земли, — рассказывает Матвей Ильич. — Это было сделано почти за 20 лет до того, как эти границы пришлось защищать племяннику Георгия святому князю Александру Невскому.

Именно Георгий и его брат Ярослав еще до монголов сформировали ту границу, которая является современной границей России на северо-западе. Именно там они проводят крещение в православие целого народа — карел.

— Владимирские князья мыслили не удельными, а общегосударственными масштабами. В этом смысле они сохраняли киевскую политическую традицию, — добавляет отец Варфоломей. — Именно поэтому отсюда простираются интересы на северо-запад. В последующем, когда преодолевается феодальная раздробленность на Руси, воплощается план Андрея Боголюбского, который был предвозвестником всех этих политических изменений, его брата Всеволода, который был представителем византийской политической культуры, и его сына князя Георгия, который был учеником своего дяди и отца.

Во владимирском соборе Рождества Богородицы, что на территории одноименного монастыря, на иконостасе есть икона, где Андрей Боголюбский, Георгий Всеволодович и Александр Невский изображены вместе — они не просто родные люди, представители одной ветви, а правители, которые, имея огромную политическую власть, использовали ее только во благо народа и Церкви, ценой собственной жизни.

Если познакомиться с непростой судьбой и личностью святого князя Георгия Всеволодовича ближе, как с живым человеком, а не с героем учебника по истории, начинает открываться сокровенный смысл наследия, на котором созидалась Святая Русь и на котором можно и дальше строить уже свое будущее.

Суздальский летописец

Важные вехи в жизни князя Георгия Всеволодовича были связаны с древним городом Суздалем, который в правлении его деда Юрия Долгорукого был столицей Ростово-Суздальского княжества, а при отце Всеволоде Большое Гнездо пользовался его особым покровительством. Туда мы отправились из Владимира, чтобы увидеть места, где прошло детство княжича, а впоследствии и почетная ссылка, когда ему пришлось ненадолго уступить владимирский престол старшему брату Константину.

В Суздале Георгий Всеволодович появился на свет 27 ноября 1188 года и по желанию отца получил имя в честь деда Юрия Долгорукова. Крестил его ростово-суздальский епископ Лука в честь святого великомученика Георгия Победоносца.

Пяти лет от роду княжич по обычаю того времени был «посажен на конь», в предзнаменование будущих воинских подвигов. Торжество происходило в Суздале. В летописях, правда, не зафиксированы сведения о том, в каком точно храме был крещен князь. Скорее всего, считают местные краеведы, это произошло в главном и самом древнем храме Суздаля — кремлевском соборе Рождества Богородицы. Кремль — это место, где всегда находилась княжеская резиденция, жилые покои его дружинников и двор архиерея. Именно здесь проходили главные церемонии, связанные с важными событиями из жизни князя.

Рождественский собор, где предположительно был крещен Георгий Всеволодович, и который он перестроит, став великим князем, сохранился до наших дней, несмотря на разорительные набеги монголов и крымских татар. Храм продолжает быть главным сооружением в ансамбле суздальского кремля, символом древнего города, который с советского периода действует как музей.

— К Суздалю у князя Георгия было теп­лое отношение, тем более этот город был древним политическим, экономическим и духовным центром Залесской земли, а не просто заштатным городком, — рассказывает научный сотрудник музея Михаил Глазков, пока мы неспешно прогуливаемся по бульвару, устроенному на верхушке высоких валов кремля, где прежде возвышались крепостные стены, сгоревшие вместе с башнями в пожаре 1719 года. — Здесь князь Георгий находился в почетной ссылке в 1217 году после поражения на реке Липице, когда Константин дал ему во владение Суздальскую землю. Здесь он дожидался своего времени.

Когда спустя всего год князь Георгий снова получает великое княжение, то строит в суздальском кремле новый собор в честь Рождества Богородицы на месте старого Успенского, возведенного на рубеже XI–XII веков еще Владимиром Мономахом.

От постройки XIII века, возведенной по указанию князя Георгия в 1222–1225 годах, сохранилась нижняя, более темная часть собора, ограниченная аркатурой. Подойдя ближе, мы заметили, как богато декорированы белокаменной резьбой стены этой древнейшей части собора. Их украшают женские маски, фигуры львов, резные колонки, балясины. Георгий Всеволодович продолжал традиции белокаменного строительства, заложенные на владимирской земле Андреем Боголюбским.

Со времени Георгия Всеволодовича сохранился не только собор, но и его врата — уникальный памятник монументального искусства, иконографии и палеографии мирового значения. Знаменитые суздальские врата были изготовлены по указанию князя Георгия в византийской технике «огненного золочения».

— Георгий приложил усилия, чтобы оставить такое произведение своим потомкам. Эта техника уже не поддается никакому реставрационному вмешательству, — поясняет наш экскурсовод. — На черненых медных пластинах процарапывался рисунок, заполнявшийся золотом, растворенным в ртути. При нагревании происходила реакция восстановления золота, которое прочно спаивалось с поверхностью пластины. Первоначально двери были на дубовых створах, каждая пластина (дробница) готовилась отдельно. Если иконы переписывают, накладывают несколько красочных слоев, то эти врата (западные и южные) сохраняются в том виде, в каком были сделаны в XIII веке. Первоначально они были на дубовой основе, а в середине XVIII века их перенесли на металлические створы.

В Суздале многое может рассказать о князе Георгии. Его помнят камни, фрески собора, даже крепостные валы кремля. Пусть так же помнит его и кремль нижегородский, им основанный.

Древнерусский Иов

Сегодня, в XXI веке, как в XIII, князь Георгий — один из самых почитаемых на владимирской земле святых. Его судьба настолько необычна и насыщена личными трагедиями, что его почитание как святого началось сразу после его кончины, за четыре столетия до официальной канонизации.

Как известно, Георгий Всеволодович принял смерть в бою с монголами 4 марта 1238 года на реке Сити. Обезглавленное тело князя было опознано среди убитых русских воинов по княжеской одежде. Епископ Ростовский Кирилл отвез останки князя в Ростов и похоронил его в каменном гробу в храме Богородицы. Впоследствии голова князя была найдена и приложена к телу. Через год, когда Владимир расчистили после разорения монголами, брат князя, Ярослав Всеволодович, торжественно перенес останки в Успенский собор. Тогда еще обратили внимание, что голова князя приросла к шее. Этот факт был воспринят как чудо, указание на святость. И если в святости владимирского князя никто не сомневался с момента погребения, то восприятие его образа верующими с течением времени менялось, обогащаясь новыми аспектами.

— К моменту открытия в 1645 году мощей были уже напечатаны ему службы, составлены тропарь, кондак, то есть почитание Георгия Всеволодовича было установлено на государственном уровне: все книги издавал Печатный двор, который находится в ведении Патриарха, — рассказывает заведующий научно-исследовательским отделом Владимиро-Суздальского музея-заповедника Матвей Давыдов.

Первоначально Георгия Всеволодовича народ почитал как мученика и великомученика, как человека, который принес себя в дар Богу за Русь, в защиту веры. Об этом есть сообщение в некоторых житиях и святцах.

Человек столкнулся с такими обстоятельствами в жизни, что перед ним стоял смертный выбор: спасти семью или Русь. Узнав о продвижении полчищ Батыя к Владимиру, Юрий оставляет во Владимире сыновей Всеволода и Мстислава, а сам с малой дружиной «беже на Ярославль» собирать войс­ко. Во Владимире осталась вся его семья, жена, дети, снохи. Но он предает свою семью в руки Божии. И когда незадолго до битвы на реке Сити узнает, что Владимир взят, разграблен, а вся его семья погибла, он с мужеством принимает это страшное известие. Его вера не поколебалась. Автор «Повести о нашествии Батыя» передает устами князя молитву, в которой тот, обращаясь к Господу, сравнивает себя с ветхозаветным Иовом.

«Господи, Боже мой! — взывал он. — Испытание, Тобою ниспосланное, тяжело мне! Ты лишил меня, как некогда Иова, всего, что у меня было. Жена и дети мои погибли. Взяты Тобою и люди, вверенные Тобою же моей державе. Что же делать мне? Согрешили мы пред Тобою, Господи, и Ты смирил нас: праведен Ты, Господи, и правы суды Твои о нас. Но эта кровь множества людей, не повинных в наших грехах? Господи, Господи! Ты призвал к Себе это множество новых мучеников: почто же меня единого сохранил посрамленным? Всемилостиве Господи! Не лишай и меня, грешного и недостойного, Твоего участия в их славе, сподоби и меня пострадать со Христом, как они пострадали, ради имени Твоего святого, Отца и Сына и Святаго Духа. Но да будет воля Твоя святая, яко благословен еси во веки. Аминь».

— Жизнь для него вряд ли уже представляла какую-либо ценность, но за ним была Русь святая. Он понимал, что, скорее всего, не выиграет эту битву, но он в нее вступает, принося себя в жертву за русскую землю, — говорит председатель отдела образования и просвещения Владимирской епархии иеромонах Варфоломей (Минин).

К лику святых Георгий Всеволодович по инициативе Патриарха Иосифа был причислен в середине XVII века как благоверный князь. С того времени в иконографии утвердилось его изображение с мечом и в воинских одеждах. Мощи его также были облачены в княжеские одежды, а в руку вложен меч. В народном сознании сформировался мифологизированный образ князя Георгия. Видя его душевные страдания перед смертью, современники поэтизировали его личность.

— Князь Георгий стал прототипом того князя, который построил град Китеж и нашел там спасение со своей семьей от преследующих их полчищ Батыя, — считает Матвей Давыдов. — В среде старообрядцев возник литературный памятник — «Китежский летописец» — сказание о невидимом граде Китеже, которое отразилось в русской культуре, музыке, поэзии. В этом произведении жизнь князя Георгия поэтически переосмыслена. Конечно, это не исторический источник, тем не менее, этот памятник религиозной литературы является ключом к пониманию личности князя Георгия в народе.

Марина Дружкова

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.