Главная > Книга памяти > Щедро одаренный от Господа
«Ведомости Нижегородской митрополии» №6 (228) 15:09, 21 апреля 2022

Щедро одаренный от Господа

Игумен Иннокентий (Самылкин) продолжает жить в сердцах и молитвах

24 февраля в нижегородском храме Живоначальной Троицы в Высокове прихожане отдали дань памяти игумену Иннокентию (Самылкину), отошедшему ко Господу пять лет назад. С этим храмом была связана значительная часть его жизни, особенно в молодые годы. Сюда и теперь приходят его духовные чада, родные и близкие, друзья-миряне и священнослужители — все, кому он с безоглядной щедростью отдавал свою душу.

В домике посреди оврагов
После кладбища сестра почившего Нина Федоровна пригласила помянуть батюшку к себе домой. В этом домике на улице Овражной отец Иннокентий прожил значительную часть жизни. Здесь и сегодня все сохраняется так, будто батюшка лишь ненадолго отлучился. В каждой комнате один угол увешан образами, на стенах — фотографии наставников, священнослужителей, святых мест — целый христианский мир, богатый и разнообразный. В зале длинный стол со стульями. При жизни игумена здесь собиралось немало гостей. И сегодня собравшиеся вспоминали о том, каким он был и как много значил в жизни каждого.
Конечно, лучше всех знала его сестра Нина Федоровна. Она вспоминает, что когда-то маленький домик на этом месте благословил приобрести своим духовным чадам старец Исаия (Будюкин), который и сам жил неподалеку. Построить более просторный и крепкий дом Самылкиным помогли другие духовные дети наставника. В доме на попечении Нины Федоровны до сих пор живет одна из них — первая келейница игумена Исаии, 94‑летняя матушка Лидия Васильевна Аганина.
Спрашиваю Нину Федоровну, каким ее брат был в домашней обстановке.
— Добрым и заботливым ко всем без исключения, — отвечает. — В какое бы время ни пришли посетители, тут же откладывал свои дела. Если спал — просыпался, если трапезничал — велел уносить тарелку. Каждого старался накормить, да еще и гостинчик дать на дорогу (просфору, иконку или открытки, огурцов-помидоров с огорода). Умел помочь духовным и житейским советом. Приходящих к нему никогда не обличал, а утешал и сопереживал их горестям. Ночью же молился, тяжело вздыхал и подолгу не мог уснуть, молча сокрушаясь от услышанного за день негатива.
Что еще вспоминают? Как, встречая гостей, звонил в маленький колокольчик и провожал таким же звонком. Как, благословляя людей, целовал им руку. Как любил животных — баловал маленькую собачку, отдавая лучший кусочек: сам не съест, а ей оставит. Как, уже тяжело больной, сидя на постели, с радостью наблюдал за сестрой, кормившей синичек — для них под окном была устроена красивая кормушка. Сам ел очень мало, всегда оставлял что-нибудь.
Отец Иннокентий был открыт и доступен для каждого, от профессора или большого начальника до самого простого труженика. Был прост и в то же время наделен от Господа особыми дарами: любви, утешения… Многие отмечали дар предвидения.


Родители и деды
Родился батюшка 24 апреля 1941 года. По этому поводу он шутил: «Я тоже вое­вал!» Шутка была не слишком веселая: война вполне реально коснулась грудного младенца. Когда фашистские самолеты прилетали бомбить автозавод, дедушка Андрей Степанович Самылкин спешил с внучком на руках в бомбоубежище.
— Был дедушка умен, — рассказывал отец Иннокентий, — шел не по дороге, как напуганные женщины, а прижимаясь к забору так, что ему самолеты были видны, а он с ребенком фашисту — неприметен. Работал Андрей Степанович у себя в селе кузнецом. Ковал церковную ограду. Родственники рассказывали, что, когда огненная окалина падала ему на руки, он присыпал ожоги землей, приговаривая: «Земля лечит!»
А бабушкин отец Федор Леонтьевич был церковным старостой. От него пошла в семье фамилия Святкины. А появилась она от того, что умер прадедушка в храме во время пения «Со святыми упокой».
Родители отца Иннокентия приехали в Горький строить автозавод из деревни, где им грозило раскулачивание. Их преступление состояло в том, что семья была работящей, крепко верующей и вполне зажиточной. В православной вере воспитывали и детей. Их в рабочем бараке поселка Водозабор (ныне поселок Юг на берегу Оки) у Федора Андреевича и Марии Васильевны родилось пятеро, один умер в детстве.

Всех накормить
Александр, будущий игумен Иннокентий, с детства отличался мягким, жалостливым сердцем. Сестра Нина Федоровна вспоминает, что накормить голодного было для него с детства естественным желанием. Играя однажды возле строящейся школы, где после войны работали пленные, пятилетний Саша услышал, как его зовет немец. Тот знаками показывал, как он хочет есть, и повторял только: «Ам-ам». Мальчик тут же сбегал домой и принес «завоевателю» под рубахой большой кочан капусты, а тот в знак благодарности подарил ему свою губную гармошку.
Учился Александр в обычной общеобразовательной школе, потом, когда заболела мать, перешел в школу рабочей молодежи. С товарищами был дружелюбен и миролюбив, ни с кем не ссорился, не дрался. Работать начал в секретном цеху автозавода, да только не задалась работа… Как-то раз из-под спецодежды — белого халата выпал у молодого человека нательный крестик. Был скандал: в секретном цеху поп, да куда же это годится! И хоть провозглашалась в СССР свобода совести, работника быстро уволили по сокращению штатов.
В храм Преображения Господня в Карповке семья ходила с автозавода пешком. Родители Александра еще с деревни имели обычай после службы приглашать домой кого-либо из нуждающихся, чтобы накормить обедом. Как-то раз позвали блаженного по имени Владимир. Шли мимо разрушенного двухэтажного дома. Маленькая Нина, прыгая по развалинам, наткнулась на какую-то закопченную доску и потянула ее за угол. «Икона!» — промолвил блаженный. Дома Александр помог ему умыться и, поливая воду на спину, увидел темные полосы — следы от вериг. Отмыли и икону, на ней появилось четкое изображение. «Преподобный Сергий, — сказал Владимир и, обращаясь к Александру, вдруг добавил: — ну, а ты будешь священником».
В то время Александру Самылкину было лет 16, и ни о чем таком он пока не помышлял. Занимался спортом, особенно успешно — велогонками, брал призовые места на соревнованиях. Но однажды на всесоюзных стартах, говорил позже батюшка, «свернулся у него руль, сошел он с трассы — и пошел в семинарию».


Маяки
Дело, конечно же, было не только в неудачном выступлении. Была в жизни юноши по Промыслу Божию встреча, определившая его судьбу. Таким маяком стал старец Исаия (Будюкин), вокруг которого сформировалась группа молодежи, горевшая любовью к Господу Иисусу и желанием служить Ему. Александр, а позднее и его сестра Нина, стали духовными чадами отца Исаии.
По его благословению Александр Самылкин поступил сначала в Московскую духовную семинарию, а затем и в академию. Здесь же принял монашеский постриг с именем в честь святителя Иннокентия Иркутского и в том же году был рукоположен во иеродиакона.
Учеба давалась семинаристам и учащимся академии немалым трудом. На фотографиях того времени бывший спортсмен выглядит аскетически утонченным. Неудивительно: около 30 дисциплин освоил он за курс семинарии и столько же — в академии. И по всем предметам в аттестатах только «4» и «5». Темой его богословской диссертации стало учение святого Варсонофия о духовном совершенствовании.
С какими же людьми встретился здесь будущий священник! Всенародно любимый старец Кирилл (Павлов), профессор богословия Алексей Осипов… Аттестат об окончании семинарии ему вручал митрополит Филарет (Вахромеев), впоследствии митрополит Минский и Белорусский, а диплом академии — архи­епископ Димитровский Владимир (Сабодан), будущий Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины.
Через год, по окончании учебы в 1974 году, выпускник был рукоположен во иеромонахи и направлен на служение в Горьковскую епархию.


Свидетельства любви
За 17 лет до смерти отца Иннокентия настигла тяжелая болезнь — левая сторона его тела была частично парализована. Батюшка встретил испытание как подобает настоящему христианину. Никто не слышал от него ропота и жалоб, не замечал, чтобы охватило его уныние. Продолжал принимать людей до последних месяцев жизни. Двери его дома были открыты для посетителей днем и ночью. Сидя на кровати, наставлял посетителей, утешал, поддерживал. При приветствии крепко жал руку здоровой рукой. На просьбу помолиться шутил: «Какой я молитвенник? Один поклон во всю кровать!» Правой рукой он молился, благословлял, вынимал частицы Святых Даров.
Почил в Бозе игумен Иннокентий (Самылкин) 24 февраля 2017 года на 77‑м году жизни. Последним местом его служения был приход нижегородской церкви во имя святителя и чудотворца Николая и святой мученицы Татианы на Автозаводе. За свою долгую пастырскую жизнь он служил в разных местах. Восстанавливал храмы, возрождал и укреплял веру, устраивал приходскую жизнь. И везде его любовь и самоотверженное служение Богу и людям вызывали в них ответные чувства любви к Господу и своему батюшке.
Остались и письменные свидетельства этой огромной любви. Вот прихожане храма в честь Иоанна Милостивого Сергачского благочиния, прощаясь со своим батюшкой, благодарят за то, что возродил в городе духовную жизнь. А вот пожелтевшее от времени заявление прихожан храма села Роженцова Шарангского района, где они слезно умоляют не переводить от них дорогого пастыря, «щедро одаренного великой милостью и благодатью от Господа давать людям свет, радость и счастье».
Евгения КАРЕЗИНА