Свет Севера

Все началось с картины «Святой Варнава строитель». По радио ведущий рассказывал об этом полотне, которое хранится в Варнавинском историко-художественном музее. Я открыла изображение на экране ноутбука и замерла. Тишина… Золотистое дерево свежеструганных бревен, река, уходящая в таежные дали, фигура святого с ведром в руках… Душа откликнулась сразу. Я сделала эту картину рабочим столом моего компьютера. Смотрела на нее каждый день и училась молиться преподобному Варнаве. Как вдруг… Паломнический центр Нижегородской епархии объявляет поездку. Туда! В Варнавино! В Городецкую епархию! Радость меня переполняла. И вот уже в воскресный мартовский день мы садимся в новенький, пахнущий дорогой автобус у Московского вокзала в Нижнем Новгороде.

Кировское направление

Ровно в семь утра автобус плавно выруливает на трассу. Берем курс на север области. За окном проносится мост через Волгу, привычные городские пейзажи сменяются бескрайними полями, а затем — лесами. Три с половиной часа пути в кировском направлении пролетают незаметно. Наш экскурсовод Людмила Павловна Журавлева, словно древняя сказительница, ведет повествование. Голос ее течет в такт мерному движению автобуса, и мы переносимся в XV век. Перед нами раскрывается житие преподобного Варнавы Ветлужского: как пришел он из Великого Устюга в дремучие леса, как 28 лет прожил отшельником, как зажегся здесь свет веры.

Встреча на Красной горе

Автобус останавливается, и мы выходим. Нас встречает перезвон с колокольни храма в честь преподобного Варнавы. Только что закончилась Божественная литургия, и люди выходят, держа в руках жаворонков — печеных птичек из постного теста.

У тропинки, ведущей к храму, — памятник. Это сам небесный покровитель Поветлужья. В одной руке он держит посох, в другой — четки в форме лестницы. В древности их называли «лествица» или «лестовка». Монах изображен молящимся. Он и нас призывает к молитве.

А какой в Варнавине воздух! Не просто свежесть, а упругая, звенящая чистота, замешанная на хвое, сухой листве и близости большой воды. Дышится так легко, что кружится голова. Мы на Красной горе — там, где все начиналось.

Первое, что видим, — деревянный храм в честь преподобного Варнавы Ветлужского. Нас встречает священник Святослав Астафьев. Он радушно приветствует паломников и сразу же, без лишних слов, начинает рассказ так, будто сам был очевидцем тех далеких событий.

— Вот здесь, на этом самом месте, отец наш Варнава и начинал свои подвиги, — говорит отец Святослав, обводя рукой пространство вокруг. — Представьте себе: глухая тайга, берег Ветлуги, ни души. Он пришел сюда из Великого Устюга, уже немолодым человеком, овдовев. Поставил келью и 28 лет прожил отшельником! Питался, как в житии сказано, «былием и вершием», то есть травой да ветками. А Господь не оставил его: стали стекаться к нему люди, искавшие тишины и спасения. Так и возникла здесь Троицкая обитель.

Отец Святослав говорит неторопливо, негромко, с чувством, и мы словно видим тех первых иноков, рубящих кельи.

— Старцем Варнава уже был, когда ученики сложили первую деревянную церковь во имя Святой Троицы, — продолжает он. — Обитель стала центром просвещения для здешних языческих племен. После кончины преподобного иноки возвели над его могилой храм во имя Николая Чудотворца. Так и жили: молитвой да трудом. А потом, уже при императрице Екатерине, монастырь упразднили, но народ к святому не перестал ходить. Мощи оставались под спудом в Никольском храме. А в 1912 году, когда берег стал осыпаться, их перенесли в новый каменный Троицкий собор. А потом пришли лихие времена…

Отец Святослав рассказывает, как после революции храмы закрывали, как серебряную раку изъяли, а мощи чудом уцелели благодаря местному священнику Петру Мегалинскому, который закопал их на кладбище. Вскоре отец Петр принял мученическую смерть.

— Сейчас мощи не обретены, но чудеса не иссякают, — убежденно говорит батюшка. — Варнавинцы верят: пока они здесь, в земле, он с нами. И в 1999 году на месте утраченной святыни был поставлен этот деревянный храм. Имя его зазвучало вновь. Теперь для нас святой Варнава не просто исторический персонаж, а родной человек, молитвенник и ходатай.

Никольский храм

По монастырскому саду мы идем в Никольский храм. Он построен совсем недавно, и митрополит Нижегородский и Арзамасский Георгий освятил его в прошлом году, на Варнавину годину. Переступаем порог, и… время останавливается. Это не просто храм. Это дверь, сквозь которую мы входим в Древнюю Русь. Некрашеные полы, тишина, которая слышна физически, иконы, написанные местными мастерами, удивительный иконостас, расписанный в особом «варнавинском стиле» — с дубовыми листочками.

Отец Святослав приглашает нас внутрь и продолжает:

— Здесь у нас нет электричества. Совсем. И это не случайность. Зажигаем паникадило, взбираясь на клирос, по старинке. Видите иконостас? Каждая икона здесь — это чья-то жертва. Семьи прихожан распределили, кто какую икону пишет, кто оплачивает. Один святой образ — от одной семьи. Так что весь иконостас — это наша общая молитва. А вон там, видите, комнатка с окошком? Это для исповеди. Маленькие окошки устроили, как в древних храмах…

С правой стороны, у иконостаса, видим гробницу со скульптурным, вырезанным из дерева образом преподобного Варнавы. Он незримо присутствует здесь, в воссозданном нашими современниками храме.

Батюшка с особой теплотой говорит о своих прихожанах:

— Зоя Толкова училась у нас в воскресной и в художественной школах. Она нарисовала сюжеты из жития преподобного Варнавы. Там и зайчики, которых святой кормил, и первые помощники, которые пришли к нему лес рубить под храм. Сейчас Зоя готовится поступать на иконописное отделение в духовную семинарию при Троице-Сергиевой лавре. Вот те самые плоды, ради которых мы все здесь затеяли.

Музей и мастера

Нас встречают в Варнавинском историко-художественном музее. Трое молодых экскурсоводов говорят о своей земле так, будто рассказывают историю собственной семьи. Наконец своими глазами вижу ту самую картину — «Святой Варнава строитель». Стою перед ней и чувствую благодать, которая позвала меня сюда.

За картиной — удивительная история ее создания. В конце 1980-х годов Николаю Бурдастову, как и другим художникам, предложили написать картины для музея рабочего поселка Варнавино. Тема была идеологически выверенной: один должен был создать пейзаж, другой — картину о пограничнике, погибшем в 1930-х, а Бурдастову дали задание «Провозглашение советской власти в Варнавино».

Художник ответственно подошел к делу, но в архивах не нашел ничего вдохновляющего. И тогда он заинтересовался тем, что было до революции. Так Николай Бурдастов открыл для себя историю святого Варнавы Ветлужского. Понимая, что картина о подвижнике получится намного сильнее, он рискнул пойти с этой идеей в отдел культуры. Это были уже последние годы советской власти, цензура ослабела, и чиновники не только не запретили, но даже предоставили всю доступную информацию. Так появилось полотно, которое стало визитной карточкой Варнавина.

Экспозиция — это восторг от мастерства одаренных людей. Мы любуемся  изделиями варнавинских косторезов. Белая ажурная, как застывшее кружево, резьба по кости. Возрождал этот древний промысел легендарный нижегородский мастер народный художник РФ Парфен Парфенович Черникович, учил местных жителей видеть в простой кости будущий шедевр. Шкатулки, женские украшения, фигурки зверей — все дышит теплом рук мастера.

Музей расположен в двухэтажном каменном особняке — бывшем главном доме городской усадьбы купца Селиванова, объекте культурного наследия регионального значения. Здесь много экспонатов, рассказывающих о жизни купцов, дворян и крестьянства. Между прочим, в некоторые села электричество пришло только в 1954 году. В 1778 году Варнавина пустынь была преобразована в уездный город Варнавин Костромской губернии. А в 1922-м Варнавинский уезд был передан в состав Нижегородской губернии. Сейчас в Варнавинском районе живут около 12 тысяч человек, четверть из них — в самом районном центре.

Святой источник

Он носит имя преподобного Серафима Саровского, о котором варнавинская земля хранит память. Спускаемся вниз по крутой деревянной лестнице. Здесь можно напиться вкусной родниковой воды и окунуться в живительную влагу. В конце марта природа только начинает пробуждаться, но у источника уже чувствуется особое оживление. Удивительный чистый воздух, тишина, нарушаемая лишь журчанием воды, настраивают на молитвенный лад.

Лапшанга. Жемчужина на Ветлуге

Мы едем дальше, в село Лапшангу. Дорога вьется среди холмов, и вдруг, словно в награду, открывается вид, от которого захватывает дух. Мы на крутом берегу реки Ветлуги. Пока река подо льдом, она кажется суровой, застывшей, могучей. Белый покров уходит вдаль, теряясь в заснеженных лесах. Величественное зрелище.

В Лапшанге нас встречает иерей Александр Кузнецов. Главная святыня этих мест — деревянный храм в честь Трех святых игуменов Поветлужья. Он словно вырастает из земли, и уже на подходе понимаешь: это не просто здание, а резной ковчег. Отец Александр просит нас остановиться у фасада:

— Посмотрите внимательнее на окна. Это не штамповка. Это ручная работа. Каждый образ вырезан из дерева вручную.

Изображения святых над окнами храма сгруппировны по трое. Когда подходишь ближе, кажется, что они не просто украшают фасад, а именно встречают паломника. Внимательные, мудрые лики словно всматриваются в душу. Святитель Николай Чудотворец — с узнаваемым строгим и милостивым взглядом, рядом преподобная Мария Египетская, чей подвиг покаяния поражает воображение, и великомученица Екатерина — символ твердой веры и мудрости. На другой резной композиции — сами игумены Поветлужья: преподобные Варнава, а также Макарий Желтоводский и Тихон Луховской. Они стоят рядом, словно в той самой духовной беседе, которую, по преданию, вели здесь в давние времена.

— Это место особенное, — подчеркивает отец Александр. — Говорят, именно здесь встречались три великих игумена. И сейчас мы чувствуем их помощь. Посмотрите, резьба не станочная, она хранит тепло рук резчиков. Когда мы заходим внутрь, нас встречает удивительное убранство, и понимаешь, что время здесь условно. Святость места ощущается каждой клеточкой.

Мы заходим в великолепный храм и чувствуем, как это место пропитано молитвой. Стоишь на берегу, смотришь на могучую Ветлугу и понимаешь: здесь, на этой земле, небесное и земное переплелись навсегда.

На Варнавину годину!

Мы уезжаем, увозя с собой в городскую суету удивительный покой. Хочется возвращаться сюда снова и снова. Дышать этим чудесным, исцеляющим воздухом. Стоять на крутом берегу Ветлуги. Молиться в дивных храмах, которые строились всем миром — при участии местных жителей и меценатов.

Паломнический центр Нижегородской епархии уже планирует новые поездки. И я точно знаю: этим летом, на Варнавину годину, 24 июня, мы снова будем здесь. Чтобы переступить пороги деревянных храмов, вновь войти в Древнюю Русь и увидеть Ветлугу уже не подо льдом, а в ее летнем — невероятном, живописном разливе.

Марина Бригатова

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.