Главная > Пастырские встречи > Воспитание надежды
«Ведомости Нижегородской митрополии» 4 (184) 16:47, 27 февраля 2020

Воспитание надежды

9 февраля прихожане храма в честь благоверного князя Александра Невского села Владимирова Борского района вместе с протоиереем Евгением Юшковым говорили «О смерти без паники». Так называлась встреча, которую отец Евгений посвятил памяти своих почивших братьев. Небольшая выставка всего из пяти его картин стала поводом для проникновенной беседы на животрепещущую тему. Звучали хорошие песнопения, музыка, стихи, добрые слова. Необычный формат, склоняющий к размышлению.

«С другом я вчера сидел, ныне смерти зрю предел. О горе, горе мне великое». Из колонок доносится кант. Поют два брата Юшковых — протоиереи Геннадий и Евгений. Запись сделана незадолго до смерти отца Геннадия, почившего 30 июня 2019 года. Он тяжело болел и знал, что болезнь неизлечима.

— Он любил петь канты и чаще других пел именно этот, — говорит отец Евгений о брате. — Ныне «горе» его кончилось, потому что отец Геннадий часто каялся и причащался Святых Хрис­товых Таин перед кончиной. Господь отпустит ему грехи, вольные и невольные, и введет его в селения с праведными…

Отец их, протоиерей Николай Юшков, много лет был настоятелем знаменитой Карповки, одной из немногих действующих церквей Нижнего Новгорода в советские годы. Из шести его сыновей четверо стали священниками: Геннадий, Александр, Константин и Евгений. Двоих из них сегодня нет в живых — прото­иерея Геннадия и иерея Александра. Умер и их брат Михаил.

Их портреты, написанные старшим братом Евгением, профессиональным художником, стоят на мольбертах. А в центре зала — его картина «Последнее целование»: седовласый мужчина поддерживает дорогую ему женщину. Она оперлась на него из последних сил: руки висят как плети, глаза прикрыты. А вокруг бушует жизнь, яркая, разноцветная. Но они этого будто не видят и не слышат. Оба понимают: вместе им осталось немного… Тяжелая и в то же время светлая картина, вселяющая надежду. Можно, оказывается, думать о смерти без паники?

— При правильном отношении к смерти это не такая уж трагедия, — обращается к своей пастве отец Евгений. — Трагедия бывает тогда, когда у человека нет понятия о вечности и веры в Царство Небесное. А для христиан они на первом месте. «Символ веры» заканчивается словами: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века. Аминь». Чаю — значит ожидаю. Каждый христианин, как бы хороша или плоха ни была жизнь, знает, что это земной промежуток и он рано или поздно закончится.

Смерть неизбежна, но источником жизненной силы должна быть вера в Бога и понимание, что наши жизнь и смерть — в Божией воле, а нам нужно просто делать на земле то, к чему мы призваны, считает отец Евгений. Земная жизнь — необходимая часть предназначенного нам Богом пути. Она великий дар, который мы должны употребить на исполнение воли Божией, на служение Ему и людям. А что же смерть? Каким должно быть христиан­ское отношение к ней? Евангелие учит, что смерти тела христианам бояться не нужно. Могут быть плач и даже рыдания по ушедшему, но и понимание того, что впереди у него свет, перспектива! И ваша встреча. При должной жизни. Не об этом ли слова апостола Павла, который говорил, что жизнь для него — Христос, а потому смерть — приобретение (Флп 1:21)?

— Смерти по-человечески нельзя не бояться, — продолжает отец Евгений. — Мы же без недостатков не можем, у каждого они есть, есть грех. И так как он имеет свойство накапливаться, боязнь смерти логична. А когда мы освобождаемся от греха — а для этого есть таинство Исповеди, — этот страх пропадает, потому что укрепляется вера, что Господь спасет, что мы будем с Ним. Ведь Он завещал ученикам: «Я иду приготовить место вам. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтоб и вы были, где Я» (Ин 14:2; 14:3). И через учеников Он каждому христианину завещает исполнение заповедей.

И все-таки на встрече говорили больше о жизни. Читали стихи, пели о любви, родине, Боге.

— В своих книгах, проповедях и всей своей жизнью батюшка дает нам образец необыкновенной любви и умения светло и чисто грустить, — говорит участница встречи Галина Гостева. — Он простился со своей любимой матушкой, с которой более пятидесяти лет прожил, и как он светло скорбел, без отчаяния! Мы, прихожане, учились у него, как выстоять в такие трудные дни. Рядом с батюшкой понимаешь, что со смертью ничего не кончается, а только начинается. От этого и страшно, и в то же время радостно. Одновременно это и надежда, и ответственность.

— Наш батюшка постоянно говорит нам о том, что, думая о жизни, надо думать о смерти. Мне кажется, основная его задача — подвести нас к конечному этапу достойно, — добавляет прихожанка Владимирского храма Галина Артамонова.

— Это наша работа всей жизни — учиться провожать своих любимых, близких не только со скорбью человеческой, но и с радостью душевной, — говорит внучка отца Евгения Христина Харькова. — Этому нас и учит батюшка.

Сам отец Евгений уже после встречи добавляет:

— Говоря о смерти, прихожане постеснялись напрямую спросить, боюсь ли я смерти. Я ответил только косвенно: как не бояться ее. Отвечу точнее: боюсь, я же грешный и страстный, нетерпелив, боюсь боли и много в чем еще не состоя­телен. Мне как-то рассказывали про одного известного священнослужителя, бывшего участника войны, мужественного человека. Умирая, он сильно кричал, должно быть, от жуткой боли. Или еще от чего? Мы не узнаем. А другие умирают тихо, благостно. Кому как выпадет, каждому по силам. Кто знает, как произойдет с ним? Кто сию тайну постигает? Только святые… Только они могут не просто утверждать: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века», но показать подлинно христианский переход в пакибытие.

Оксана Москвина

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.