Главная > Статьи > Выдающийся в своей простоте
«Ведомости Нижегородской митрополии» 19 (103) 16:49, 13 октября 2016

Выдающийся в своей простоте

amvrosij10 октября (23‑го по новому стилю) 1891 года православный мир понес невосполнимую утрату — в Шамординской женской обители почил в Бозе иеросхимонах Амвросий. Тысячи верующих разных сословий прибывали со всех концов страны по железной дороге, на лошадях и пешком, чтобы попрощаться с любимым батюшкой. Отпевал его сам епископ Калужский и Боровский Виталий, которого горестное известие о кончине величайшего духовного собеседника застало как раз по пути к нему в Оптину пустынь. Преосвященному советовали вернуться в Калугу, но он ответил: «Нет, вероятно, такова уж воля Божия! Простых иеромонахов архиереи не отпевают, но это особенный иеромонах»… Чем же скромный, болезненный инок, редко покидавший пределы монастырского скита, снискал такое почитание православной России?

Легкое дыхание юности

В биографии Амвросия Оптинского, в миру Александра Гренкова, нет как будто бы ничего особенного. Был шестым чадом в многодетной семье. Получил основательное первоначальное обучение в православном духе. Несмотря на строгое воспитание, рос шаловливым и резвым ребенком.

Его рождение 21 или 23 ноября 1812 года совпало с большими торжествами по случаю тезоименитства Александра I. В доме у причетника Михаила Федоровича Гренкова в селе Большая Липовица собралось немало гостей, так что в праздничной суматохе мать запамятовала, в какой же день родился Александр. А сам он по поводу обстоятельств своего рождения приговаривал потом: «Как на людях я родился, так на людях и живу».

Учеба давалась юноше легко, сначала в духовном училище, а затем в семинарии. Судя по аттестату, особенно семинарист Александр Гренков преуспел в изучении Священного Писания, богословских, исторических и словесных наук. Легкими и радостными везде были как отношения с товарищами, так и восприятие окружающего мира в целом.

Однако жажда простых земных радостей всегда противоборствовала в нем с желанием всем существом отдаться служению Господу. В четвертом классе семинарии Господь попустил Александру перенести опасную болезнь, и он, из страха умереть нераскаявшимся грешником, дал обет постричься в монахи, если выздоровеет. Нелегко было молодому человеку, полному жизни, исполнить свое обещание. Несколько лет откладывал будущий старец его исполнение, «жался», по его собственному выражению. Правда, не пошел после семинарии ни в духовную академию, ни в священники, что могло бы создать трудности в исполнении взятого на себя обета, а стал трудиться домашним учителем в помещичьей семье, а затем — преподавателем Липецкого духовного училища. Пока наконец встреча со старцем Иларионом Троекуровским и его простой совет: «Иди в Оптину, ты там нужен», — не положили конец нерешительности.

«Руководствование ко спасению душ»

Осенью 1839 года тайно от всех Александр Михайлович оставляет училище и уезжает в Оптину пустынь, где его ласково принимает старец Лев, а настоятель обители берет на себя все хлопоты по устройству явившегося почти без документов нового насельника. Вскоре последний принял постриг и был наречен Амвросием, в память святителя Медиоланского, затем рукоположен в иеро­диакона и, позднее, в иеромонаха. Как раз в это время в обители было организовано издательство, и молодой иеромонах оказался весьма полезным трудником на этой ниве.

Вскоре после рукоположения его постигла болезнь, настолько тяжелая и продолжительная, что до самой кончины он не мог совершать литургию и участвовать в длинных монастырских богослужениях. Господь уготовал ему иной путь — путь старчества длиной почти в 52 года.

Тысячи людей приходили к нему за советом со всех концов России, писали множество писем. Он старался принять всех, от великого князя до последнего нищего. С крестьянином или мещанином, простым послушником или монахиней, с писателем или философом он говорил на понятном для них языке и обращался в привычной для каждого манере. С одними был почтителен, с другими прост и даже простоват, но прям и откровенен со всеми. Одной даме, жалующейся на душевные терзания, ответил: «По делам вору и мука». Но чаще обличал так, что было понятно только согрешившему. Одна монахиня вспоминала, что при большом скоплении народа батюшка Амвросий начал упрекать ее в поступках, вовсе ею не совершенных. Сдерживая слезы, она смиренно принимала несправедливые упреки. И лишь стоящая рядом дама из общества понимала, что речь идет о ней. Смирению и покаянию старец учил неустанно, своеобразно и, как правило, весьма успешно.

Руководствуясь Божественным откровением, отец Амвросий давал своим собеседникам как глубоко духовные, так и простые житейские наставления, но, уважая данную человеку божественную свободу воли и видя несогласие подопечного своим советам, почти никогда не требовал безусловного их выполнения, а приговаривал: «Ну, поступай, как знаешь».

Многие, общавшиеся с отцом Амвросием, поражались его необыкновенной прозорливости, не задумываясь, каково нести груз такого знания смертному человеку. Что чувствовал добрый старец, например, привечая милых и благочестивых девочек Веру и Любу Ключаревых, зная, что очень скоро предстоит им умереть от тяжелой болезни и после смерти послужить своим имением для устройства Шамординской монастырской обители, в том числе и приюта для обездоленных детей? А легко ли видеть посмертную участь знакомых людей, может быть, трагическую?

Примеров поразительной проницательности святого великое множество. Вот все никак не дает отец Амвросий послушнику монастыря благословения посетить в деревне родителей. Молодой человек уже и обижаться начал, но вскоре настигла его тяжелая болезнь, так что едва спасли его в обители лекарствами и молитвой. А настигни его болезнь в дороге или в глубинке, вряд ли все закончилось бы столь благополучно!

Побеждая естества чин

Отношение самого Амвросия Оптинского к скорбям и болезням может служить примером для каждого верующего. Впервые будущий святой опасно заболел в 1835 году, незадолго до окончания семинарии, и с тех пор болезни преследовали его всю жизнь.

Его биограф схиархимандрит Агапит (Беловидов) подробно описывает, какими заболеваниями страдал старец. Мучения его длились изо дня в день, десятилетиями, то немного ослабевая по молитвам чудотворным иконам, то терзая с новой силой. На людях он не проявлял ни уныния, ни вполне понятной угрюмости. Напротив, не только не был мрачен, но всегда имел вид добродушия и даже веселости. Много раз смиренный инок бывал на грани смерти, но по молитвам Пречистой Божией Матери Господь посылал ему выздоровление. При этом отец Амвросий не пренебрегал помощью врачей и выполнял все их предписания, считая, что просить у Господа чуда исцеления следует, только исчерпав все зависящие от человека возможности. Не так ли следует поступать и в других наших нуждах?

Преподобный не просто терпеливо переносил страдания — он считал, что Господь попустил болезнь для его же пользы. Она умерила его живой характер, предохранила его, быть может, от развития в нем самомнения и заставила глубже понять и самого себя, и человеческую природу. Впоследствии отец Амвросий говорил: «Монаху полезно болеть. И в болезни не надо лечиться, а только подлечиваться!»

Внешне жизнь старца в Оптинском скиту протекала по привычному распорядку. Пробуждение в четыре-пять утра, слушание утреннего правила, которое более двух часов читали келейники, после чего старец, оставшись один, предавался молитве и готовился к своему великому дневному служению. С девяти часов и до обеда продолжался прием: сначала монашествующих, затем мирян. Часа в два ему приносили скудную еду, после которой он час-полтора оставался в уединении. Затем читалась вечерня, и до ночи прием возоб­новлялся. В течение часа до полуночи совершалось вечернее правило. Отец Агапит свидетельствует, что еды тот принимал не более чем трехлетний младенец. Откуда же подвижник брал такую колоссальную энергию, необходимую, чтобы вести прием, переписку и заниматься устроением обителей? Как мог старец, месяцами не выходящий из кельи, являться паломникам посреди зимнего леса, чтобы указать путь в обитель? Когда изучал он великое множество чисто житейских вопросов по строительству обители, или, например, по уходу за индюшками или сооружению душа, чтобы дать дельный совет окормляемым? С Божией помощью для него отступали физические законы.

Евгения Карезина

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.