Главная > Братья и сестры > И крик, и гам, а дома хорошо!
«Моя надежда» №2 2017 14:11, 19 июля 2017

И крик, и гам, а дома хорошо!

«Мама!» — доносится торжественный крик победителя из туалетной комнаты. Мама Ира открывает мне дверь и — бежит по большим делам своего младшего сына. Значит, адресом не ошиблась. Я в гостях у многодетной семьи. «Здравствуйте!» — летят в меня с порога из разных углов мальчишечьи голоса. «Ну, что, давайте знакомиться, меня тетя Марина зовут…»

«Если у вас нету братьев»

— Если бы у меня были младшие сестры, а не братья, то мою помаду размазывали бы по себе, а не по стене, — заявляет 15-летняя Глаша Лушина. У Глаши пятеро братьев, и все ее младше.

Старшая дочь, единственная девочка. В квартире у Глаши отдельная комната (по меркам мальчишек, просто роскошь), а в голове — отдельный мир, и он практически не соприкасается с планетой ее братишек. А еще пресловутый переходный возраст и упрямое желание отстоять перед родителями свои взгляды на жизнь. Но одно дело — родители и их желание найти с взрослеющей дочкой общий язык, совсем другое —братья и реальная ответственность за них.

— И нянчить, и укладывать, и кормить — все приходится делать, — признается короткостриженая девушка с модной серьгой в ухе. А когда мама уезжает в роддом, тут и дети, и хозяйство. Девушка неловко пожимает плечами. А что такого? Обычное дело.

— Меня часто спрашивают: как ты выживаешь? —продолжает она. — Привыкла… По ночам плач, днем — крики, разбросанные по всему дому машинки, пистолеты и мячи, а также мультики про вечные машинки, паровозы и технику. Без моих братьев мне уже будет не по себе как-то, скучно и пусто.

Мальчики и снова мальчики

В полстены столы, двухэтажные кровати, полки и полки книг, а на самом верху — экспозиция моделей из бумаги, а еще боксерская груша, она время от времени раскачивается от жестких и ловких ударов по ней, а внизу — припаркованные эвакуаторы, экскаваторы, грейдеры, тракторы и… Все, наверное, уже догадались. В этой комнате живут мальчики. Все братья, и у каждого, как говорится, характер…

Находят ли братья общий язык? Еще как. Пятеро мальчишек в одном помещении! Старшему — 13, а младшему нет еще трех. И тишина, порядок и мир? Бывает и это.

— Наши мальчики — это бесконечная возня и столкновение интересов и своеволия, — говорит мама Ира. — Они у нас упрямцы, все любят требовать своего.

— Воду делят в воде, снег — в снегу, песок — в песочнице. Машинку одну на троих могут раздирать, даже если вокруг миллион других валяется — все это есть, — соглашается папа Леша. — Поэтому терпимости мы начинаем их учить, как говорится, с пеленок. Приучаем и помогать, и уступать, через «не хочу, не буду». Со временем у них приходит в привычку — уступать. Старшие мальчики уже могут сами себя контролировать. Осаживают себя, когда очень хочется ответить кулаком, сдерживают эмоции, когда хочется накричать на орущее до надрыва существо. Бывают и светлые минуты, — говорит папа. — Когда им вместе хорошо и легко. Заглянешь в их комнату: вместе играют, вместе смеются — идиллия.

Чай, блины и улыбка на камеру

К Лушиным я заглянула вечером, когда вся семья была в сборе. Мы расположились с Ириной за большим кухонным столом и за чашечкой чая начали неспешно беседовать. Вдруг перед нами стала расти стопка румяных ароматных блинов с дырочками. С удивлением оборачиваюсь: у плиты стоит один из мальчиков, самый старший, и с ловкостью бывалого повара управляется с поспевающими на жару блинами.

—  У нас все умеют делать все. Гриша и белье гладит, и убирается, и готовит, — отвечает на мой немой взгляд мама Ира. — А Глаша, если возьмется, обязательно какой-нибудь кулинарный шедевр выдаст. Дежурства по кухне мы не назначаем. Смотрим по ситуации. У кого есть время и возможность, тот и готовит ужин.

В комнату вбегает счастливый Федя: «ЦСКА и «Локомотив» — 3:0». Феде —11 лет, он решил стать великим футболистом или, по крайней мере, великим программистом. Поставил себе цель и стал отличником.

— Хочу получить хорошее образование и престижную профессию, поступить в авторитетный вуз, — поясняет мне будущий Криштиану Роналду.

— А еще Федя всегда прав, — добавляет с улыбкой Гриша. — Будет дотошно доказывать, как он прав, и только он.

— Еще хочу мармелад! — четырехлетний Паша запустил руку в пустую тарелку. — Эй, смотрите… Это он стащил, — Пашины глаза становятся круглее и больше. Лелик, ему уже шесть, дожевывает сладость и, широко улыбаясь, без доли смущения, позирует мне на камеру. Он хочет казаться выше и заметнее, поэтому залезает на стул, выпрямляет плечи и вытягивает подбородок кверху.

— Максимально хаотическая и артистическая личность, — комментирует папа. — Болтун, несет такую чепуху, что можно писать сценарии для фантастических и драматических фильмов. Он может и развеселить, и уничтожить своими капризами.

— Мам, подуй! — крошечная копия своих братьев протискивается под столом и подставляет ушибленную руку. Андрей — самый младший в семье. Ему достается от мамы больше всех внимания. Он с удовольствием пользуется своей привилегией.

Семейный монастырь

Семья для обоих супругов стала отправной точкой, с которой началась новая и с новыми ориентирами жизнь, семейная и «по уставу».

У обоих до встречи друг с другом на жизненном пути были и тернии, и головоломки, и эмоциональные травмы.

Алексей стоял у истоков клубных движений в Нижнем Новгороде и стране. Став в 1988 году чемпионом страны по брейк-дансу, в 90-е начал заниматься организацией и режиссурой шоу-программ и выступлений звезд эстрады. Попутно сам выступал на сцене как танцор. А душа все время куда-то рвалась. Это были годы активного творческого и духовного поиска.

— Я прошел через разные религии, какие хлынули тогда потоком в нашу страну, но везде мне чего-то не хватало. Наконец пришел к батюшке в храм и сказал: «Больше не могу! Хочу все бросить. Все, чем занимался прежде». Настрой был решительный. Думал даже в семинарию поступать. Но батюшка мудро приостановил мой неофитский запал: попробуй сначала катехизаторские курсы. Они и дали мощный фундамент, опору для того, чтобы построить на православных началах свою душу и семью. И семья, Божиим Промыслом, сложилась.

— За месяц до нашего знакомства мы оба побывали в Дивееве и просили батюшку Серафима об одном и том же, — продолжает глава семьи. — Через месяц после знакомства я сделал Ире предложение. И она сказала: «Ну, наконец-то! Сколько можно ждать». Мы с первой встречи поняли, что будем вместе.

У Алексея позади были первые нетвердые шаги к Богу, у Ирины — размытое понятие о православии, но искреннее желание во всем разобраться. Мы встретили на своем пути замечательных священников: Сергия Радаева, Игоря Пчелинцева и Романа Баранова (ныне епископ Варнава Выксунский). Они все тогда служили в Александро-Невском соборе и собирали под свое крыло молодых — первое поколение, пришедшее в Церковь из 90-х. Это было золотое время при не золоченых еще храмах.

— Когда я узнала, что стану мамой, у меня проснулась сильная тяга к церкви и внутренней перемене. Я чувствовала на себе груз прошлых ошибок, и мне даже казалось, что без духовной поддержки не хватит сил благополучно выносить ребенка, — признается Ирина. — Я пошла, вернее, побежала в церковь вместе с мужем. Алексей был несказанно рад.

В 2003 году супруг получил диплом катехизатора, а Ира — диплом психолога в институте. А ведь судьба могла сложиться иначе…

— Незадолго до встречи с Ириной я поставил себе четкую задачу: еду в Москву становиться звездой. А тут разговор с батюшкой, Дивеево, встреча с будущей женой, обучение на курсах… Знаете, захотелось разом все бросить: и шоу-бизнес, и все, что связывало с прошлой жизнью, и уйти в монастырь… (Улыбается). Я имею в виду семью, монастырь семейный.

ИРИНА:

«Много детей – это трудно. Я сама из большой семьи, нас было десять, я восьмая. Честно, мне хотелось максимум двоих детей, а получилось три плюс три. Из самого-самого — это возрастные кризисы. Они доставляют больше всего хлопот. Мы все время переживаем чей-то кризис. Вместе растем, вместе взрослеем».

Аванс от Бога

Начало семейной жизни было и трудным, и как на крыльях. У Алексея не стало постоянной работы, а Ира сразу забеременела. Еле сводили концы с концами. Алексей, по его словам, «аскетизировал себя до такой степени, что с трудом тянул семью».

— Но зато какое это было время! Это был аванс от Бога, — оживилась Ирина. — Мы перечитали столько духовных, святоотеческих книг! Часто ходили в  храм, причащались, общались с близкими по духу людьми. Священниками и друзьями по храму. Это было время, когда мы духовно настаивались, укреплялись в вере. Сейчас, когда у нас шестеро детей, мы не можем уже себе этого позволить.

Постепенно и внешняя сторона жизни стала выправляться. Началось постепенное возвращение в профессию. Алексей начал преподавать в модельных школах, ездить на заработки в Москву. Там его заметил человек из команды певицы Анжелики Варум и пригласил хореографом и участником ее балета, в котором он проработал четыре года. Сейчас Алексей работает в Нижнем Новгороде — продюсером в мультимедиа-компании Dream Laser. Занимается режиссурой конкурсов, фестивалей, презентаций, форумов, уличных инсталляций и праздничных мероприятий. В этом году его пригласили стать главным режиссером Дня города.

Урожай души

Второе негласное имя мамы Иры в семье — Вжик. «Увлекающаяся до безобразия», — так характеризует ее муж. Когда была беременна четвертым, посадила грядку по методу Митлайдера.

После третьего ребенка Ира решила идти работать. В управление спецсвязи. Эта организация занимается перевозкой секретных материалов, опасных и ценных грузов. Сдала на оружие. За год работы дослужилась до звания капитана спецсвязи и помощника начальника.

Через полтора года опять ушла в декрет, и… Три мальчика подряд — «вторая троица», шутят родители.

— Музыка, акробатика, пятиборье, плавание, художественная, воскресная школа, а еще обычные школы, садики… На разрыв. Особенно если нет бабушек и дедушек, как у нас. Я все время была за рулем. Очень плотный график. Кто-то шел в кружок, другой тем временем спал в машине. Папа вообще круглосуточно работал.

Увлекалась Ирина и строительством, когда Лушины получили земельный участок, хлебопечением на закваске, куклами. И так без конца. А сейчас… В их с мужем комнате — швейная машинка, длинные стеллажи с коробками. А там — нитки, всевозможная фурнитура, ткани, изделия…

— Это лоскутное шитье, а это — свободно-ходовая стежка, японская стежка «Боро», флорентийская, —показывает хозяйка. — Все эти виды ручного труда я применяю в качестве декора для разных аксессуаров. — Ирина выдвигает ящик и достает кошельки, ключницы, чехлы для планшетов, косметички, подушки, одеяла, куклы: народные, дремы…

У Лушиных я засиделась. Уже стемнело, и босые Паша с Андрюшей ходили крестным ходом с зажженными свечами. Собирались на вечернюю молитву. Детской молитвой, пусть еще не осознанной, подражательной, но искренней, и держится еще наш мир, держится и живет дом, в котором много детей, хлопот, а главное — желания быть всегда вместе и с Богом.

Текст и фото: Марина Дружкова

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.