«Ведомости Нижегородской митрополии» 9 (207) 21:05, 31 мая 2021

Такие счастливые годы

Чем дороги годы учебы семинаристам и выпускникам

Нижегородская семинария. За три сотни лет существования сколько она воспитала пастырей, ученыхбогословов, проповедников, просветителей. И в душе каждого, несомненно, НДС оставила свой, особый след. Сегодня мыслями о значении духовной школы в их жизни и, конечно, воспоминаниями делятся ее воспитанники. Те, что уже вышли из ее стен, и тот, кто сейчас в гуще семинарской жизни.

Время познания самого себя

Алексей Дьяконов, кандидат богословия, преподаватель НДС, заведующий семинарской библиотекой:

— В пору моей юности, которая пришлась на 1990е годы, когда рухнули общественные устои, распалась страна, в которой мы росли, и окружающая действительность становилась все печальнее, у меня появилось желание связать свою жизнь с Церковью. Я из обыкновенной советской, невоцерковленной семьи, и Церковь стала тогда возможностью отгородиться от печальной действительности, причалить к тихому берегу, дающему стабильность и уверенность, делающему жизнь осмысленной.

Я стал заходить в храм. Помню, мы с одноклассником оказались в Старо­ярмарочном соборе, кафедральном тогда. И на лестнице столкнулись с вла­ды­кой Николаем (Кутеповым). Мы и благословлятьсято не умели, не знали, что значит слово «митрополит». Мы к нему: «Хотим быть священниками!» Он нас благословил и отправил к игумену Кириллу (Покровскому), тогда ректору только что открывшегося духовного училища.

Поступил я туда только через год. Сначала отец Кирилл дал послушание, и получился своеобразный испытательный срок, в течение которого я пел на клиросе, был уставщиком сначала в Нижнем, а потом в Урене, и вернулся только в октябре 1994 года, когда все экзамены уже закончились. Но нас с еще одним студентом приняли. Просто взяли, без экзаменов. Это был второй набор в духовном училище. Девяносто процентов студентов были из невоцерковленных семей.

Моя семинария — это время преобразования в нее училища, время трудное, но романтическое в своем роде. Наша жизнь очень отличалась от той, к которой привыкли сегодняшние студенты. И в плане учебы, и в плане условий жизни и послушаний. Мы занимались стройками (Благовещенский монастырь начал возрождаться), защитой Благовещенского собора, который пытался захватить зарубежный приход. Семинаристы по очереди сторожили этот собор ночами. Молились мы в Сергиевской церкви, холодной и маленькой. Питались плохо, рыбу получали только на большие праздники. Продукты жертвовали прихожане и некоторые благодетели. Жили в неотремонтированных кельях братского корпуса монастыря. Когда к епархии отошел Благовещенский собор, стали молиться там. Поначалу и там было очень холодно. Не жизнь, а сплошной экстрим! Но он объединял. Мы вставали в пять утра, шли в просфорню печь хлеб, который потом продавался. Это тоже был один из способов выживания в те годы. Книг не было, мы сами печатали их на ризографе, потом переплетали. И вот эти трудности, как мне кажется, сделали годы учебы в семинарии незабываемыми и счастливыми. Мы действительно были одной семьей.

Мне очень ярко вспоминаются Прощеные воскресенья. Для нас они проходили в первые годы в Сергиевской церкви, потом в Благовещенском соборе. Нас тогда было не так много… Перед тем мы сами в храме убирались. И каждое Прощеное воскресенье заканчивалось потоками слез, потому что это было искренне, понастоящему, никакого формализма. Этого я не забуду никогда. На каждой вечерней молитве мы делали сорок поклонов, не в пост — поясных, в пост — земных. То есть проблем с недостатком физической нагрузки у нас не было. Сначала у всех все болело, а потом, ничего, втянулись. Эти поклоны тоже часть романтической истории под названием «Моя семинария».

Потом мы издавали газету «Семинарский листок», она стала частью «Ведомостей митрополии». В целом годы учебы здесь были временем постижения самого себя. Своих возможностей, способностей, желаний. Семинарская жизнь настолько насыщена, что можно выбрать, что тебе интересно, а что нет. Выстраиваешь прио­ритеты для будущей жизни. Я, например, пробовал быть иподьяконом и алтарником — не мое, а в библиотеке сразу ощутил себя на месте.

Не выходя в город

Иерей Филипп Измайлов, настоятель нижегородских храмов в честь преподобномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны и святителя Спиридона Тримифунтского, помощник руководителя отдела культуры Нижегородской епархии:

— Как я радовался, когда в 2004 году увидел себя в списках зачисленных в НДС! Накануне поступления я переехал из Берлина, где и окончил школу, в Дивеево, ближе к обители преподобного Серафима. Я хотел служить Богу и людям, и Господь привел меня в духовную семинарию. И вот для меня открылся этот удивительный мир. То, к чему я стремился, что до этого пытался познать самостоятельно, теперь я стал изучать в системе. Теперь эти знания ложились в сознание не в беспорядке, а раскладывались по нужным полочкам.

Учиться было так интересно, что я мог по два месяца не покидать семинарского комплекса. Выходить в город не было необходимости, хотелось больше времени посвятить чтению книг. А в свободное время я плел пояски, четки и гулял по обители.

Одно из моих послушаний было в библиотеке. Вначале она располагалась в братском корпусе монастыря, и мы переносили ее в нынешнее помещение. Еще одно памятное событие — как мы перевозили библиотеку митрополита Николая из резиденции на улице Пискунова в здание семинарии. Библиотека отражает личность человека. Меня поразило, какой это был разносторонний, эрудированный человек. Очень ценным было второе мое послушание — алтарника в Благовещенском монастыре. Монастырские службы отличаются особой молитвенной атмосферой.

Вспоминается наша семинарская традиция на праздник Крещения обливаться у источника святителя Алексия Московского, под горой у Благовещенского монастыря. Мы наполняли тазы водой из источника и с пением тропаря «Во Иордане крещающуся Тебе, Господи…» по очереди обливали друг друга. А потом бегом в семинарию! Традицию исполняли неукоснительно даже в лютый мороз. И такое было ощущение праздника! Словами не передать.

Интересными были командировки в летние лагеря. На четвертом курсе меня командировали в международный лагерь «Славянское содружество», который проходил недалеко от Сочи, в Дагомысе. Там была возможность участвовать в студенческих встречах и диспутах, представить нашу семинарию на международном уровне, познакомиться с разными людьми, в том числе представителями духовных школ России, Украины, Белоруссии, конечно, искупаться в море.

В Нижегородской семинарии я встретился с замечательными преподавателями, которые делились с нами не только знаниями, но и жизненным опытом, сокурсники стали моими друзьями. В 2019 году мы отмечали 10летие выпуска. Многие смогли приехать, и мы соборно служили литургию в храме в честь святителя Алексия Московского. Семинарские годы незабываемы, это один из самых счастливых периодов в моей жизни. Уверен, что со мной согласятся многие.

Настоящее мужское братство

Иван Рыбаков, студент 3го курса НДС:

— Я рос в невоцерковленной семье, но на формирование моего мировоззрения оказал влияние верующий дедушка, который иногда водил меня в храм. Когда он почил, во время моего обучения в Высшей школе экономики, я начал воцерковляться. И стал понимать, что хочу связать свою жизнь со служением Церкви. После окончания института хотел подождать года два: я и поцерковнославянски не умею, петь не могу, молитв знаю мало… Стал молиться, чтобы Господь указал путь. И так Он управил, что в том же году я поступил в семинарию. Буквально за две недели перед вступительными испытаниями научился читать поцерковнославянски, до этого вообще не читал. Оказалось, не так сложно, как я ожидал.

Семинария меня удивила настоящим чисто мужским братством, которого не было у меня в институте. Специальность «Менеджмент» Высшей школы экономики — это девичье царство, нас всего трое парней было. А здесь совсем другое. Опять же, что такое настоящая мужская дружба? Это взаимовыручка, взаимопомощь. Вообще, первые впечатления от учебы были необычайно яркими.

Очень удобно, что в семинарии все в одном здании: классы, общежитие, трапезная. Чтобы попасть в учебную аудиторию, нужно просто спуститься на этаж ниже. У нас много интересных предметов и замечательные преподаватели, которые преподносят церковные дисциплины живо, доступно. Конечно, учиться непросто, богословские дисциплины очень глубокие, но так интересно!

Кроме учебы существуют послушания, которые возникают порой неожиданно. Помню первую зимнюю сессию, сидим учим… А накануне выпал снег. Много снега! И нужно было его убрать. Такая была проверка на прочность. Потом экзамен сдавали, и сдали благополучно.

Что уже дала семинария? Немало знаний богословского характера, то есть более глубокое понимание богослужебных текстов и в целом служб. Еще — возможность погрузиться во внутрицерковную жизнь, посмотреть на нее изнутри, понять, что священники такие же люди, как и мы, со своими заботами, немощами, недостатками. Но при этом облеченные благодатью. А главное, семинария позволила яснее ощутить себя частью Церкви, свою причастность Телу Христову, которым она является.

Надежда Муравьева

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.